В мир военных действий возвращается Осипов, застывший в памяти рядовой бойца второй роты, теперь уже молчаливый солдат в изможенном теле. Несмотря на грязь и кровавые ранения, он остается узнаваемым знакомым, а его хрупкость и бледность придают герою не только физическую но и психологическую боль....
Правда, границу решили усилить, но какими именно действиями, Воронин уже не знал.
Отставив пепельницу, ротный поднялся из-за стола. В мутном окне увидел как недавно прибывший в подразделение офицер, по фамилии Карпов, проводит с первым взводом занятие по тактической подготовке. Было достаточно тепло, чтобы не сидеть в казарме.
Когда выяснилось, что лейтенант Лавров погиб при подрыве мины, буквально через день прислали этого старлея. Якобы для замены. Вот только Антон сразу понял, что это была никакая не замена, а что-то другое.
Прибывший Карпов оказался вполне себе нормальным офицером, сразу же взялся за обучение личного состава. Вот только у командира присутствовало стойкое ощущение того, что у него тут совсем другие задачи… И ротный намеревался с ним переговорить по этому поводу!
* * *Вскоре впереди показались явные признаки присутствия человека.
— Вижу кишлак! — произнес Игнатьев, глядя в бинокль по маршруту.
И верно, здесь ущелье резко расширялось во все стороны, образуя небольшую долину, в северной части которой примостился достаточно большой кишлак. Справа и слева не подойти, только с юга, юго-востока. Дальше мешали валуны и скалы.
— Снизить скорость до десяти! — приказал Шишкин. — Самойлов, миноискатель вперед. Пять человек спешиться, прикрывать сапера.
По мере приближения к поселению, я все больше убеждался в том, что это не тот кишлак, откуда мы совершили побег несколько дней назад. И даже не тот, где Иззатулла держал нас в зиндане.
Поискав глазами пик, я понял, что тот находится немного с другой стороны. Ничего страшного — квадрат один и тот же. Очевидно, что тут далеко не один кишлак, ведь убегая в ночное время суток, мы многого не видели.
Через несколько минут «ниточка» подошла вплотную к первым дувалам. Тут и там были видны местные жители в типичных утепленных одеждах, однако с оружием тут не было никого. Я не заметил ни одного вооруженного мужчины."
"— Дехканы! — произнес прапорщик, что сидел слева от меня с автоматом Калашникова, снаряженного подствольным гранатометом ГП-25 «Костер».
