Освоился, кое с кем познакомился, пришло время обучить его магии. В Ленории моя магия сильна, как ни в одном другом мире, поэтому именно я буду наставлять Ласа. Миссия несложная, но противная.
— Сам увидишь. Твоя задача ни во что не вмешиваться и слушаться меня. Пока не выучил Правила, самостоятельно можешь только дышать. И то не всегда.
— Раз я такой беспомощный, зачем берешь меня с собой?
— Чтобы тебе не пришлось, как ты боялся, бродить по замку и учить Правила. Не ной, будет интересно. Дурачка сыграть сможешь?
— Тогда ничему не удивляйся и молчи.
Мы вошли в западное крыло замка, спустились по узкой винтовой лестнице в подвальные помещения, представляющие собой длинный коридор с множеством дверей по обе стороны. Не то поликлиника, не то школьные классы. Если, конечно, бывают школы с каменными стенами и железными дверями, на каждой из которых золотом светятся пентаграммы.
— Это постоянные порталы, — пояснила Лаврентьева. — Каждый настроен на определенный мир и определенное место. Если понадобиться быстро переместится, можно воспользоваться одной из этих дверей. Если мир незнакомый, или возникли непредвиденные осложнения, можно подвесить портал в любом другом помещении замка, но для этого потребуется по меньшей мере четверо магов.
— Ты разбираешься в этих пентаграммах? — поинтересовался я.
— Нет, — призналась Ленка. — Но свою зазубрила, чтобы не спутать и не переместиться к каким-нибудь вурдалакам. Был случай, Морфеус рассказывал, рядовой перепутал пентаграммы и очутился в Северных землях. Его потом неделю от обморожений лечили и порчу ледяного бога снимали. Нам сюда.
Ленка остановилась перед одной из дверей и взяла меня за руку. Я вздрогнул. Вне дома мы слишком часто прикасались друг к другу, это должно что-то означать….
— Как только я войду внутрь, — произнесла девушка, — меня потащит через пространство. Наши порталы настроены на одноразовую автоматическую сработку, поэтому для одновременного перемещения мы должны стать одним организмом. Ни в коем случае не разжимай ладонь.
— Понял, — я посмотрел на Лаврентьеву и крепче сжал руку, — не отпущу.
Кажется, Ленка тоже что-то почувствовала. Что—то… глупое. Она поджала губы и дотронулась до пентаграммы. Та, узнав девушку, расплавила дверь, открывая проход.
— На «три» левой ногой вперед, — скомандовала Лаврентьева. — Раз, два, три!
Мы шагнули к двери, и вокруг нас зашевелились пространственные нити.
