Автор
В 1982 году, осенняя ночью в Индии, молодой инженер-менеджер рассказывает о том, как его компания сбежала с работы после скрытого химического аварийного пуска. Он приходит к выводу, что это могло быть попыткой избежать ответственности за будущее отравление Бхопала, известное сегодня как одно из крупнейших масштабных инцидентов в истории человечества....
— Откуда здесь такая яма могла взяться? — вслух начал размышлять Цой, — явно на крупную дичь кто-то приготовил — а у нас ведь ничего крупнее землероек не водится…
— Потом в этом разберемся, — поморщился я, хромая по песку — девица довольно тяжелой оказалась, а песок рыхлым."
"Тут уже нас все заметили, а в первую очередь обеспечивающий и охраняющий персонал в лице четырех крепких матросиков. Я опустил девицу на чье-то покрывало, а нам с Цоем тут же прилетела куча вопросов на испанском. На что мы синхронно пожимали плечами.
— Что с ней? — это был первый переведенный вопрос от одного матроса, похоже, что старшего среди них.
— Упала в яму и подвернула ногу, — ответил я, — или сломала, разбираться надо.
— А вы кто такие? — немедленно последовало далее.
— Долго рассказывать, — отвечал я, переглянувшись с Цоем, — давайте сначала с ней вопросы решим, — и я указал на пострадавшую.
— У нас доктор остался на корабле, — пояснил второй матрос, разглядывая ногу девушки.
— Тогда я попробую, если позволите, — вылез я со своей инициативой.
— Ты врач? — спросили у меня.
— Учусь на врача, — соврал я, — третий курс медицинского колледжа.
— Ну тогда занимайся, — главный матрос посмотрел на меня с большим сомнением, но к телу девушки допустил.
Ну а я чего, опустился на колени рядом с ней и включил свой внутренний рентген… попытался включить — после известного события у меня это получалось редко и плохо. Но тут неожиданно все пошло, как по маслу.
— Сейчас она заорет, — предупредил я матроса, — не пугайтесь. А потом все должно наладиться…
Матрос что-то сказал на испанском остальной публике, та начала громко обсуждать текущую ситуацию, а у девушки тем временем из глаз покатились крупные слезы. Ну еще бы, сам пару раз такие вывихи получал, боль там серьезная.
— Все закончилось, — сообщил я ей и матросу одновременно, — можно вставать на ноги.
И она взяла и встала… пару шагов даже сделала, слегка прихрамывая. Пассажиры разразились бурными аплодисментами, я раскланялся с публикой. Но после этого меня сразу взял за пуговицу старший и отвел в сторону, прихватив переводчика.
