Автор
В 1982 году, осенняя ночью в Индии, молодой инженер-менеджер рассказывает о том, как его компания сбежала с работы после скрытого химического аварийного пуска. Он приходит к выводу, что это могло быть попыткой избежать ответственности за будущее отравление Бхопала, известное сегодня как одно из крупнейших масштабных инцидентов в истории человечества....
Тут у меня все шарики сошлись с роликами и все стало понятно с этим товарищем.
— Окей, дорогой Евгений Палыч, я вас предельно ясно понял… но мне надо подумать — вопрос сложный и с кондачка не решается.
А когда он уже собрался и вышел за дверь, мне почему-то вспомнился эпизод из «Мастера и Маргариты», там где Воланд подводит итог посещения нехорошей квартиры управдомом Босым. Он выжига и вор, сказал тогда Воланд, Фагот, сделай так, чтобы он больше здесь не появлялся.
Глава 22
Эксфильтрация
Эксфильтрация с Гавайев
Я посмотрел на Цоя, он по-прежнему молчал, глядя в иллюминатор, так что пришлось продолжать мне.
"— Вы правы, сеньор Мигель, — начал я, — нас действительно ищут, потому что мы с ним позавчера сбежали из застенка ЦРУ… на острове Форд который, слышали?
— Там заброшенный аэропорт, — сказал капитан.
— Вот в здании аэровокзала этого аэропорта мы с Цоем и сидели.
— За что вас туда посадили? — поинтересовался Мигель.
Я еще раз посмотрел на товарища, поймал ответный кивок и решил выложить все до конца уже — снявши голову, по волосам не плачут.
— Там находится секретная лаборатория ЦРУ, совместно со Стэнфордским университетом они там работают. Мы заинтересовали этот университет, поэтому нас и определили туда… разные опыты чтобы над нами проводить.
— Давай подробнее, — приказал капитан, — что-то я ничего не понял — какой интерес вы можете представлять для ЦРУ?
— У меня есть талант излечивать болезни, — продолжил колоться я, — не все, но очень многие, онкологию, например.
— И теперь они хотят вернуть вас назад, чтобы продолжить эти опыты? — уточнил Мигель.
— Скорее всего да… — осторожно ответил я.
Капитан встал и прошелся по каюте — она у него была просторная, так что шагов десять взад и вперед у него получилось с легкостью.
— Десять тысяч долларов — сумма хорошая, — задумчиво сказал он, — а двадцать еще лучше…
Мы молчали, не перебивая его внутренний монолог.
— Но мне никогда не нравились гринго… поэтому сдавать я вас не буду. Лишний грех только на душу брать. Но сначала вы… то есть ты (он показал на меня) покажешь свои умения — я должен убедиться, что ты не врешь.
— Я готов, сеньор капитан, — тут же вылетело из меня. — В любое время.
— Начнем с меня, — капитан сел на свое место и строго посмотрел мне в глаза, — давай определи, что и где у меня болит.
