Автор
В жаркое майское небо над городом висела густая пелена смога и жары, а под самим небом полыхали ослепительные драконьи глаза Солнца. Млечный Путь рябьми бегал по ночному небосводу, будто смотрел на мир через зрачок огромного копытного глаза, когда-то принадлежавшего к тому миру, о котором люди в своей природе всегда грезили....
Я отметила, что Арсентьев за годы работы в убойном отделе порастратил первоначальный азарт. Он уже не стремился раскрыть все преступления на свете, не рвался так активно в бой. Его интересовало лишь то, что стояло в плане. И этого было предостаточно.
– Ну, хотя бы какие-то предположения у вас есть? – спросила я.
– Есть, – кивнул Арсентьев. – Я думаю, что она ударилась при падении. Кстати, вся обстановка в комнате обследована, следы взяты на анализ… Может быть, и обнаружится где-нибудь кровь. На мебели, я имею в виду, потому что на полу ее и так было предостаточно.
– Вероника лежала на спине? – спросила я.
– Да, на спине, – подтвердил Арсентьев. – А рана на затылке. Думаю, что она ударилась головой не то о косяк, не то о стол. Словом, не исключена и такая вещь, как несчастный случай.
– А ссадины на запястьях откуда?
Арсентьев помолчал, посопел, потом произнес:
– Врачи сказали, что в крови у нее обнаружена приличная доза алкоголя. Так что могла и покорябаться.
– Обоими запястьями? До синяков? – недоверчиво покосилась я на Арсентьева.
– Ну, не знаю. Но могла и сама упасть! – упрямо повторил он.
– Странно, что на спину, – задумчиво проговорила я. – Ну что ж… Картина хоть как-то прояснилась. По крайней мере, понятно, что она не собиралась покончить с собой.
– Нет, – покачал головой Арсентьев. – Ну, или только это новый случай в практике суицида…
– Рада, что вы сохраняете чувство юмора в таких сложных обстоятельствах, – похвалила я капитана, который обычно не был склонен шутить, а тем более удачно.
– Обязательно, – серьезно ответил Арсентьев. – До свидания.
* * *Итак, либо попытка убийства, либо несчастный случай. И еще: Вероника выпила спиртное, причем много. И днем… Когда я с ней разговаривала утром, она была совершенно трезвой.
