В дрожащей руке удерживается старинная фотография - последний свидетельство жизни покойной матери. Слезы скатываются по щекам, и стон охватывает сердце, когда она разбивается вдребезги. Эта книга — не просто рассказ о потерях, но и поиск целостности в мире черных теней....
Я выкинула сигарету и с силой надавила на газ. Машина взревела и помчалась вперед на сумасшедшей скорости.
Глава 22
Вернувшись в квартиру, я зашла в спальню, где совсем недавно умер Илья, и положила на кровать плюшевого медведя. На спинке стула все еще висел дорогой пиджак Ильи. На минуту мне показалось, что Илья где-то здесь, рядом. Вот сейчас он войдет в комнату, положит руки мне на плечи и поцелует в шею, а затем улыбнется и скажет:
– Знаешь, Машка, меня никто не любил так, как ты. Мне с тобой спокойно.
Сняв пиджак, я уткнулась лицом в ворсистую ткань и почувствовала запах дорогого одеколона. Илья всегда пользовался им, всегда…"
"В кармане что-то лежало. Пальцы коснулись холодного металла. Так, пистолет, настоящий боевой пистолет, кажется, из такого мне пришлось убить Валета. Господи, как давно это было!
Сунув пистолет в сумку, я вновь полезла в карман и обнаружила бумажник. В бумажнике лежала фотография симпатичной рыженькой девушки в ярком сарафане с огромным букетом полевых цветов в руках.
Переложив доллары в свой кошелек, я повесила пиджак на вешалку и отнесла его в шкаф. Сделав несколько кругов по квартире, я открыла сумку и достала из нее пистолет. Из головы не выходили последние слова Ильи. Он что-то хотел сказать, но не успел. Он хотел меня предупредить, но о чем?! Он раскаивался! Он в чем-то раскаивался! Нет, он не зря произнес эти слова.
Нет, теперь я не успокоюсь. Мне необходимо докопаться до сути.
