В дрожащей руке удерживается старинная фотография - последний свидетельство жизни покойной матери. Слезы скатываются по щекам, и стон охватывает сердце, когда она разбивается вдребезги. Эта книга — не просто рассказ о потерях, но и поиск целостности в мире черных теней....
Думаю, к какому уроду пришла такая потрясная телка, а выходит, что этим уродом оказался я.
– Во-первых, я не телка, во-вторых, я пришла не к тебе, а на работу. В-третьих, мне некогда. Я должна переодеться.
– Жду не дождусь, когда ты наденешь свой сверхсексапильный халатик.
– Мой халатик не сексапильный, а медицинский. Улавливаешь разницу?"
"– Ты даже не представляешь, как бы я хотел отыметь тебя в этом халатике, – улыбнулся Илья.
Я побагровела от злости и хотела было дать этому нахалу хорошую пощечину, но моментально остыла и решила перевести все в шутку.
– Думаю, что с твоим яйцом этого делать не стоит.
– А мне, между прочим, стало лучше.
– Ты хочешь сказать, что тебя скоро выпишут? – испугалась я.
– Я же не виноват, что в вашем отделении так хорошо лечат. Яйцо уменьшается на глазах. Прямо чудеса какие-то!
Я пожала плечами и пошла в раздевалку.
– Маша! – окликнул меня Илья. – Ты передала, что я просил?
– Да, сразу, как и обещала. – Я попыталась сделать безразличное лицо и поняла, что мне это удалось.
Я пошла по коридору, умышленно покачивая бедрами, спиной чувствуя пристальный взгляд Ильи. Вскоре в процедурку потянулись больные. Илья пришел на укол самым последним и без приглашения уселся на стул.
– У тебя, по-моему, внутривенный. – Я посмотрела в тетрадь и стала перетягивать руку жгутом. Илья откашлялся и спросил:
– Как ты добралась до поселка?
– На электричке.
– В дом входила?
– Больно надо! Передала сверток на крыльце и ушла.
– Сразу?
– Сразу. По дороге случайно встретила своего приятеля, и мы вместе уехали в Москву.
– Где ты встретила приятеля?
– В Песках, где же еще.
– Как тебе Валет?
– Не знаю. Я его толком не разглядела.
– Он тебе что-нибудь сказал?
– Ничего. Молча взял сверток, и все. Мне сразу захотелось спросить, почему у тебя такой молчаливый товарищ?
Илья поднял голову и тяжело дышал. Наши взгляды пересеклись. Я положила шприц на стол и тихо спросила:
– Почему ты так на меня смотришь? Что-то не так?
– Просто мне кажется, ты что-то не договариваешь…
– Я сказала тебе все.
Илья задумался, затем еще раз посмотрел на меня и глухо произнес:
– Мне позвонили сегодня утром. Валет погиб. Его застрелили.
Я округлила глаза и схватилась за щеки, подумав о том, что во мне погибла великая актриса.
– Что ты сказал?!
– Валет погиб. Его застрелили.
– Когда?
– Вчера.
– Боже мой! Я не знала твоего Валета, но все же мне жаль, что так произошло.
