В дрожащей руке удерживается старинная фотография - последний свидетельство жизни покойной матери. Слезы скатываются по щекам, и стон охватывает сердце, когда она разбивается вдребезги. Эта книга — не просто рассказ о потерях, но и поиск целостности в мире черных теней....
– Машенька, значит. Кажется, ловушка такая для тараканов есть. Она так и называется: “Машенька”. Знаешь такую?
– Знаю.
– Ну вот и замечательно. Ты тоже на эту тараканью ловушку похожа. Только я не таракан и на твои сиськи не поведусь. Это пусть в нее такие тараканы, как Илья и Валет, забегают, но только не я. Ищи других тараканов!
Я попыталась оттолкнуть Батона, но мне это не удалось.
– Смотри, детка, будешь ерепениться – пожалеешь, – угрожающе произнес он и наконец отпустил.
Вздохнув, я подошла к дыре и заглянула внутрь.
Повернувшись к Батону, я спросила:
– А что, если эти дома охрана патрулирует?
– Никто не патрулирует. Мы тут прошлой ночью были. Охрана вообще из своего домика не выходит. Зачем ходить, если тут забор толщиной в три кирпича. Они только за входом следят, чтобы никто из посторонних в ночное время не прошел, а днем почти всех пускают, главное, чтобы рожа приветливая была, – ответил он.
– Если в этом доме вы ничего не нашли, то почему я должна там что-то отыскать? Батон закурил сигарету и сказал:
– Потому что мы в этом доме люди случайные, а ты там была желанной гостьей. Улавливаешь разницу?
Я поняла, что с Батоном говорить бесполезно, и не стала оспаривать его глупые домыслы.
Батон помог мне протиснуться в дыру и пролез вслед за мной.
– Ну, детка, приготовься к работе, – прошептал он, озираясь по сторонам.
– Ты что? – моментально отпрянул Батон.
– Мы сюда пришли деньги искать или любовью заниматься? Не смей тискать меня, идиот! А еще говорил, что ты не таракан, на сиськи не ведешься!
– Я же не виноват, что ты такая красивая. Красивая, но шлюха, а шлюху грех не поиметь!
– Я не шлюха. Давай-ка лучше поговорим о деле. Что ты от меня хочешь?
– Ничего особенного.
