Надо было, наверное, развернуться и уйти сразу после того, как я получила предложение о приеме на работу. Но в конце концов я согласилась, сожалея лишь об отсутствии денег на то, что мне действительно нужно — покупке одежды или поездке куда-нибудь забрести, чтобы немного расслабиться и не думать о том, как выжить за следующие три месяца....
Варь, я тебе двойную премию выпишу, только задержи!
— Да не надо мне премии, — пробурчала Варя. — Чего я, не человек, что ли… В общем, ты это… как там… Беги, шеф, беги.
— Бегу, — ухмыльнулся Мишин и действительно побежал.
* * *В четверг я была полна решимости со всем покончить. Как я уже говорила: нет человека, нет проблемы. И Сергей, как только я исчезну из его поля зрения, успокоится и, возможно, вернётся к невесте. Попросит прощения, повинится, на коленях поползает — в общем, всё как любят мужики. Подарит ещё одно колечко или серёжки, ноги будет целовать, скажет, бес попутал — она и простит.
Совет им, да любовь.
Мне, кстати, повезло — Мишина на работе не было, зато Юрьевский имелся. Прекрасно, сейчас подпишу заявление прям у генерального, вряд ли он будет сильно сопротивляться, я тут работаю-то всего ничего…
— Ты что там такое пишешь? — поинтересовалась Варя, вытягивая шею, чтобы разглядеть со своего места. Я не видела смысла скрываться, поэтому ответила:
— Заявление на увольнение.
Соседка удивлённо крякнула.
— Хм… чего так?
Вот это уже сложнее.
— Другую работу нашла?
— Ну… нет. Во Францию улетаю сегодня вечером. По делам.
Это было чистой воды враньём, на кой чёрт мне Франция? Она за четыре года у меня уже в печёнках сидела.
— Эти дела настолько серьёзные, что требуют увольнения?"
"У Вари было какое-то странное лицо. Будто бы она о чём-то напряжённо думала. Может, о чём-то своём? Вряд ли о моём увольнении.
— Угу. Всё, сейчас пойду к Юрьевскому, подпишу у него.
— Вообще сначала должен Сергей…
— Да ладно, главное — подпись генерального. А Мишин может и задним числом, — отмахнулась я и отправилась к Юрьевскому, краем глаза успев заметить, как Варя начала лихорадочно рыться в собственной сумке.
Увидев меня, Максим Иванович встал со своего кресла, подвинул мне стул, только потом сел обратно и с вежливой улыбкой выслушал моё объявление о намерении уволиться. Несколько секунд глядел на заявление, которое я положила прямо перед ним, а потом ухмыльнулся и сказал:
— Я смотрю, классная у вас с Сергеем командировка была.
Сердце вздрогнуло и свалилось куда-то в пятки.
— Как… треснули?
— Так. Тупым предметом.
— А… кто?
— Да хрен его знает. В воспитательных целях, скорее всего. Но вернёмся к нашим… то есть к вашим заявлениям. Скажите мне, Рита… вы уверены в собственном решении?
— Уверена.
