Призрачная солнечная доска рябила через пыльный холмик. Мартовская безоблачность казалась почти обжигающей, солнце как будто не устанет светить в эти теплые дни. Воробушки заискрили лужицу, отражающуюся в ней светло-голубым зеркалом. Казалось, что самое невеселое начало дня с каждым мигом приобретает необыкновенно весёлую атмосферу....
Кузьмич взвыл благим матом и запрыгал на одной ноге в сторону собственной комнаты. Лола победно оглядела квартиру и бросилась к комнате Надежды.
С прошлого раза здесь ничего не изменилось. Ужасающий беспорядок, висящее на стульях женское барахло. Надя, как и прежде, лежала на диване, отвернувшись лицом к стене, но что-то в ее позе не понравилось Лоле. Она шагнула к дивану и повернула к себе подругу.
Лицо Надежды было безжизненного серо-голубого цвета, из-под полуопущенных век мертво выглядывали белки глаз.
Поверхность зеркала едва заметно помутнела.
Лола вытащила мобильник и набрала номер справочной службы, где ей сообщили телефон платной «Скорой». Вызывать обычную «Скорую помощь» нечего было и пытаться – приедут в лучшем случае через два часа, как раз к похоронам успеют.
"В платной службе с Лолой разговаривали очень вежливо, однако когда услышали адрес, предупредили, что возьмут за вызов двойную плату из-за криминальности района. Лола не спорила и объяснила, как найти семнадцатую квартиру.
Через десять минут в комнату торопливо вошли рослый плечистый врач и коренастая немолодая медсестра. Врач с подозрением окинул взглядом запущенную, бедно обставленную комнату и проговорил:
– Деньги есть?
Лола торопливо вытащила из кармана стодолларовую купюру.
– Передоз, – кинул он своей помощнице, – быстро, готовь коктейль номер четыре.
Сестра быстро откупорила несколько ампул, приготовила шприц и протянула врачу. Тот быстро нашел вену, сделал укол и поднял глаза на Лолу.
– Доктор, – взволнованно проговорила девушка, – она будет жить?
– Хорошо, вовремя успели, – отозвался врач, – еще полчаса – и было бы поздно.
– Подруга, – ответила Лола, не сводя глаз с Нади. Та немного порозовела, грудь слегка приподнялась, задышав. – Что с ней было?
– Говорю же – передоз! Самое обыкновенное дело! Каждый второй вызов сейчас по этому поводу. Только странно – у подруги вашей руки совершенно не исколоты.
