Призрачная солнечная доска рябила через пыльный холмик. Мартовская безоблачность казалась почти обжигающей, солнце как будто не устанет светить в эти теплые дни. Воробушки заискрили лужицу, отражающуюся в ней светло-голубым зеркалом. Казалось, что самое невеселое начало дня с каждым мигом приобретает необыкновенно весёлую атмосферу....
Смуглый мужчина вышел из почтового отделения. Лола оглянулась на дверь и торопливо подошла к ящику. Ключом, взятым в квартире на улице Бутлерова, она открыла дверцу и достала конверт. Надорвав его, заглянула внутрь.
В конверте лежала обыкновенная цветная фотография размером десять на пятнадцать сантиметров. На ней был изображен деревянный дом с островерхой шатровой крышей, отдаленно напоминающий древнерусский терем.
Лола всмотрелась в фотографию и вспомнила этот дом. Это был загородный ресторан «Теремок», расположенный возле шоссе между Пушкиным и Павловском.
В углу фотографии красным фломастером была нарисована стрелка.
Утром Леня предупредил ее, что в сегодняшней операции решающим является фактор времени. Чтобы выиграть время, он раздобыл на два дня тот чудодейственный прибор, который отключил мобильник смуглого курьера. Но теперь все решала скорость передвижения, то время, которое понадобится Лоле, чтобы добраться до «Теремка». Быстрее всех это мог сделать Ухо.
Лола включила свой телефон и набрала хорошо знакомый номер.
– Ухо, – тихо проговорила она, – быстро приезжай на угол Бронницкой и Загородного!
– А что делать с твоей подругой? – осведомился приятель.
– На всякий случай возьми ее с собой… – сказала Лола после секундного раздумья, – сейчас лучше не оставлять ее без присмотра.
* * *Господин Хусейн Мехлеви, отъехав на безопасное расстояние от злополучной стоянки, достал телефон и набрал номер своего человека. Он хотел приказать тому перехватить письмо с координатами посылки, а если это уже поздно – срочно ехать к загородному ресторану и забрать деньги.
Однако телефон курьера был непрерывно занят.
Хусейн цветисто выругался по-арабски, упомянув бороду Пророка и черный камень Каабы, и приказал шоферу гнать к ресторану «Теремок».
Он вспомнил старую английскую поговорку: «Если хочешь, чтобы дело было сделано, – делай сам».
Лимузин с дипломатическими номерами черным призраком несся по городу, нарушая все возможные правила и превышая любые ограничения скорости.
С набережной Невы лимузин перемахнул на Обводный канал, чудом не попав в пробки, вылетел на Московский проспект, миновал площадь Победы и выехал из города. Позади остался поворот на аэропорт, дорога свернула к Пушкину. До места оставалось каких-нибудь десять минут.
Холодное острие снова чуть заметно шевельнулось. Ирина вздрогнула.
