В тамбур. Купе — последнее купе поезда, люди постоянно проходили мимо, дверь скрипела нестройно. Надежда здесь всегда просыпалась сама, проблема с будильником и силой воли решалась ежедневно. Теперь же она переживет самый трудный рейс, когда шум из косметички разбудит весь поезд — атмосфера напряженности и ожидания накаляется как никогда прежде....
– И что, ты хочешь, чтобы я уговорил ее откусить кусочек от этого пирога? – протянул Кирилл с сомнением в голосе. – Она побоится… Ты же знаешь, какая она законопослушная!
– Как ты банально мыслишь! – вздохнула Лидия. – Во-первых, зачем нам кусочек? Нам нужно все! Во-вторых, зачем делиться с твоей женой? Мы сами получим эти деньги. Мы, только мы с тобой!
– Но ты же сказала, что Вера занимается этим кредитом…
– Но твоя Вера – моя подчиненная, и я имею доступ к ее компьютеру.
Лидия немного помолчала, потом прижалась к Кириллу всем телом и зашептала ему в ухо:
– Ты очень милый, Кирюша, но очень глупый.
– Не считай меня дураком! – вскинулся Кирилл. – Если это так просто – почему никто до сих пор этого не сделал?
– Я не сказала, что это просто! Я сказала, что это не очень сложно.
– Я так и думал! – вздохнул Кирилл. – Это просто мечты. Ты это не всерьез…
– Очень даже всерьез! – возразила Лидия. – Чтобы остаться вне подозрений, нужно перевести стрелки на кого-то другого.
– А почему она не сможет? – тупо спросил Кирилл.
– Потому, дурачок, что ее уже не будет!
– Как это – не будет? – Кирилл испуганно взглянул на Лидию. – Что ты хочешь сказать?
– То самое! – прошипела она в самое ухо. – Думаешь, мне приятно делить тебя с ней? Да и ты… не ты ли говорил, что она тебе надоела? Не ты ли называл ее курицей? Не ты ли говорил, что она тебя раздражает? Эти ее японские шкатулочки, вазочки, картиночки… Этот ее японский стиль… Ты говорил, что она достает тебя своей аккуратностью… что тебе страшно даже подумать о том, что ты проживешь с ней всю жизнь! Ты это говорил?
– Ну, говорил… – недовольно засопел Кирилл.
– Вот видишь… А так… мы соединим приятное с полезным!
– Но я не хочу ее убивать! – забормотал Кирилл.
