В тамбур. Купе — последнее купе поезда, люди постоянно проходили мимо, дверь скрипела нестройно. Надежда здесь всегда просыпалась сама, проблема с будильником и силой воли решалась ежедневно. Теперь же она переживет самый трудный рейс, когда шум из косметички разбудит весь поезд — атмосфера напряженности и ожидания накаляется как никогда прежде....
Эти островки соединялись между собой ажурными лестницами, мостиками и лифтами, и все вместе напоминало то ли космическую станцию, то ли инопланетный город из какого-то фантастического фильма.
Первый же этаж представлял собой просторный зал, по которому прогуливались участники и гости презентации.
Кроме деловых мужчин и их нарядных спутниц по залу порхали официантки в латексных костюмах, отдаленно напоминающих космические скафандры из того же фантастического фильма. Они разносили бокалы с шампанским и коктейли, бутерброды с икрой и фрукты.
А еще по залу прохаживались архитектурные памятники.
В первый момент Надежда не поверила своим глазам: по залу неторопливо расхаживали Дом книги и Кунсткамера, башня Думы и Казанский собор, Ростральные колонны и собор Петропавловской крепости… То есть, конечно, это были люди в соответствующих костюмах, но в них очень легко было узнать знаменитые здания – так, девушка, которая изображала Дом книги, была одета в длинное платье с украшениями в стиле модерн, на голове у нее красовалась прозрачная круглая шляпа, напоминающая стеклянный шар, венчающий Дом Зингера, и для полноты образа она держала в руках толстую книгу в старинном переплете.
Еще здесь был памятник Екатерине Великой из «Катькиного садика», как называют в Петербурге сквер на площади Островского перед Александринским театром.
– Осторожнее! – басом сказала «государыня». – Смотреть надо!
Официантка мстительно отшвырнула куклу подальше.
– Эй, люди! – пробасила «Катерина». – Потемкина подайте!
Надежда подняла куклу и, подойдя ближе, увидела, что «Катерина» – молодой парень.
– Как интересно! – проговорила она, разглядывая двух девушек, изображающих Ростральные колонны. – Кому пришла в голову такая замечательная идея?
– О чем ты, Надя? – спросил ее муж.
