Мое проклятие — это напряженная история о роковом слове и неразрывной связи между бабушкой и внучкой. Взгляды двух женщин, словно заклинило судьбой, переплетаются в этом произведении, где злоба и отчаяние вздымается до пиковой точки в мгновение, когда музыка нарушается и мир замолкает....
Похоже, «Мое проклятие» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дверь резко распахнулась, и в спальню буквально ворвался Савард. Жадный взгляд нетерпеливо прошелся по моему лицу, плечам, груди, снова вернулся к лицу. Несколько секунд сиятельный напряженно изучал меня. Потом повернулся к мэтру.
— Гарард? — раздалось требовательное.
— Следов яда не осталось, господин, — склонил голову целитель. — Теперь сирре Кателлине нужно отдыхать и набираться сил.
— Иди. Я позову.
Еще одна отрывистая команда, и Савард, казалось, тут же забыл о Гарарде, полностью сосредоточившись на мне.
— Как себя чувствуешь, Кэти?
— Хорошо.
Внезапно вспомнился горящий-замерзающий храм. Слова богини. Надежные руки, что обнимали, поддерживали, дарили тепло.
«Женщина создана для мужчины. Он властелин и раб любви ее… Ты выбрал, темный…»
Улыбнулась.
— Спасибо.
— За что?
Действительно, за что? Стоял ли сиятельный возле меня в святилище? Слышал ли богиню? Или то были просто ничего не значащие видения, бред, вызванный тяжелой болезнью?
— Гарард сказал, вы были все время рядом, — почему-то стало неловко.
— Сегодня четвертый день.
Трое суток на грани жизни и смерти. Поежилась от пронзительного озноба, изморозью пробежавшего по спине. Сиятельный заметил, подался вперед, накрыл мои руки своими.
— Я был у императора, когда пришел вызов от Гарарда.
Савард стиснул побелевшие губы и замер, поглощенный битвой с захлестнувшими его тягостными чувствами.
— Мэтр недоумевал, почему ты вообще еще дышишь. А я вспомнил о крови жриц и, знаешь, Кэти, обрадовался. — Мужчина уже успокоился, говорил сдержанно, уверенно. Лишь глаза, под которыми за эти дни залегли глубокие тени, горели яростным темным пламенем.
Да-а-а. Боюсь, древние ритуалы тут ни при чем.
