Очаровательная Мария чувствовала себя марией кошки во владениях непостижимого дьявола. Кожа ее покрывалась мурашками от его прикосновений, а мысли путались в тумане страсти и проклятия. Ее губы были подчинены чудовищному желанию, когда он, наклонясь к ней, словно загипнотизировал ее разум....
Черные мундиры тут же окружили нас, обкидывая все теми же лепестками волчьей агайи. Халиса смеялась, закрывая лицо руками, а я не мог на нее насмотреться, радуясь каждому мгновению, проведенному вместе.
Когда поздравления закончились и мои подчиненные немного расступились, открывая взору любимой самый главный сюрприз, то я не мог сдержать хитрой улыбки. Кареглазая замерла на месте, со слезами на глазах смотря на своих родителей, за которыми я послал еще с самого утра.
Халиса кинулась к ним, обнимая и целуя.
«Настоящая семья, — подумал я. — Любящая. У меня тоже такая была, когда родители были живы… Ничего, Алерон, сейчас разберемся с шайкой хвостатых, переживем бурю короля, когда он узнает секрет моей супруги и отгородимся от всего мира, наслаждаясь спокойствием и друг другом. У меня будет любящая семья. Обязательно будет!»
Спустя некоторое время мы переместились ближе к поместью, где уже были накрыты столы, которые подготовили служанки в тайне от Халисы.
Солнце опустилось за горизонт, погружая землю в объятия ночи, но нас это не смутило. По всей округе поместья Шиир располагались фонари. Они вполне неплохо освещали поляну, на которой мы все и находились.
Некоторые из моих подчиненных умели играть на музыкальных инструментах, поэтому я и попросил их немного украсить столь важный день. Парни не отказали, наполняя поляну звуками мелодий.
— Спасибо, — прошептала Халиса, когда мы сидели за столами, — я благодарна тебе за родителей…
— Если бы мои родители были живы, то я хотел бы, чтобы они присутствовали здесь, — хмыкнул я, чувствуя, как грусть распространяется внутри.
— Мы так много не знаем друг о друге…, — осторожно произнесла любимая.
— О, нет-нет, не стоит, — притянул я девушку к себе. — У нас еще будет время, поверь. Не хочу, чтобы у тебя закрадывалась мысль о том, что мы поспешили с браком. Не поспешили, Халиса! Я это точно знаю!
— Алерон…, — к столу подбежал взволнованный до ужаса Энекин.
— Что такое, брат? — приподнял я брови.
— Марик пропал! Я нигде не могу его найти…
19.
