Очаровательная Мария чувствовала себя марией кошки во владениях непостижимого дьявола. Кожа ее покрывалась мурашками от его прикосновений, а мысли путались в тумане страсти и проклятия. Ее губы были подчинены чудовищному желанию, когда он, наклонясь к ней, словно загипнотизировал ее разум....
Я молила её, уговаривала отступить в тень, но она упорно сопротивлялась.
«Прошу тебя, нас могут убить. Позволь принять прежнюю форму. Алерон в безопасности. Ему больше ничего не угрожает…»
Пантера шипела, махая хвостом из стороны в сторону и именно это шипение услышал лорд Энекин.
— Ребята поймали оборотня, но он оказался настолько проворным, что сам налетел на кинжал… а что это за шипение?! Отойди! — взволнованно произнес брат главы черных мундиров. — Да что ты стоишь?! Отойди оттуда, я тебе сказал!!!
Ослабленный Алерон не выдержал натиска своего брата, который насильно сдвигая его в сторону, показался на пороге моей комнаты…
Алерон
Она была настолько прекрасна, что не передать словами.
Халиса была мне верна до мозга костей. Я чувствовал это, правда сам не знал откуда именно.
Кареглазая отшвырнула подобного себе в сторону, закрывая меня своим телом.
— Халиса? — шокировано позвал ее я, даже и не представляя ранее, что оборотень встанет на мою защиту, выступая против своих же.
Девушка не ответила, нервно подергивая кончиком хвоста и напрягая перекатывающиеся под кожей мышцы.
Я был настолько восхищен ее обликом, что не мог оторвать глаз. Шелковистая шерсть черного, словно смоль цвета, так и манила пропустить ее сквозь пальцы и погладить столь дивное создание от головы до кончика хвоста.
Не стал медлить, когда Халиса отвлекла ублюдка и со всех ног, насколько позволяло мое состояние с разорванной когтями грудью, рванул к себе в кабинет.
Именно там, в сейфе, находилось ружье, о котором люди нашего мира пока мало что знали. Но именно оно и помогло подстрелить недоноска, который собирался вонзить свои клыки в мою кошечку.
Я безумно переживал, наблюдая обездвиженное тело Халисы, но потом до меня дошло.
Появление брата послужило сильному волнению. Я не мог допустить того, чтобы он увидел Халису в зверином обличье. Не спорю, она прекрасна, но не думаю, что Энекин будет того же мнения.
