Автор
В темноте и безмолвии скрывается некий зловещий шарм — холодный воздух подъезда, пустые ступени лестницы, словно застывшие в табуле роковой страсти. Тихий портрет жизни, где каждый предмет говорит о неразгаданной смертельной любви.
Смятый, пропаленный и давно мной утерянный жетон врезается в мозг, сигналит о том, что мне конец. Просрать свой оберег — это залет номер два. Таким образом падаю все ниже и ниже.
— Мое.
— Почему я узнаю об этом только сейчас? Отвечай!
— Я действовал по обстоятельствам.
— Ты самовольно и без предупреждения покинул свою зону ответственности, — плюется Колобок словами, как пулями. — Ты не передал сведения о Воронцове, что могло бы изменить ход событий. Где они? Бумаги где? Запись? Что у тебя осталось?
— Ничего, — спокойно вру.
"Колобок замолкает. Он медленно постукивает пальцами по полированной поверхности. Поправив очки, склоняется вперед.
— Гюрза, — растягивает гласные. — Ты знаешь почему я с тобой лично вожусь? Ведь обычного бойца давно бы к стенке поставил и по законам времени. Ты пока еще один из лучших воинов, входящих в особое отделение. Я тебя лично воспитывал, лично учил всему, что сам знаю. Так какого выгребываешься? Забудь сейчас, что в кабинете сидим. Давай, я слушаю.
Выхода нет. Поворошим гнилье. Настал момент.
— Кир нарушил приказ. Подставил парней. Он начал операцию раньше времени. Этим воспользовались бородатые. Воронцов переоценил свои возможности, за что пострадали люди. Рота! Вся рота полегла из-за понтореза Кирилла.
— Подожди, — с нажимом тормозит меня Колобок. — Ничего нового. Воронцов был под следствием. Он отсидел свое и вышел с понижением. Простым рядовым пришел в другую структуру. Проще чем наша, но все же. А в целом, Макс, он правильно сделал.
— Был, блядь, там выход!
— Не ори!
— Прости, бать. Извини.
Он отворачивается. Вырвалось. Жалею. Когда-то мы его и так называли, но теперь при сегодняшнем размере конторы, старые клички как минимум неуместны.
— Помнишь пятьсот АК заменили на складе? Шаман, сука, гореть ему в аду, — даже сейчас при имени предателя сворачивает кровь. — Перед этой операцией как раз. Наших парней снабдили ими. Так вот Кир знал о замене. Я дорылся. Никаких бумаг не было. Все записано здесь, — стучу по свое голове.
Колобок смотрит без эмоций. Взгляд его пуст и мрачен. Тот случай с автоматами имел место быть. Разобрался быстро, наказана была вся цепочка продажных тварей.
