— Лорд Гордон сообщил о своих обстоятельствах в специальном послании, которое он направил мне, когда спешил на юг, чтобы встретиться со своей женой. Он хотел поставить меня в известность, что на обратном пути собирался остановиться в Эдинбурге, чтобы представить мне свою жену, прежде чем ехать домой, в свой замок. Его жена только что вернулась в Англию. Я очень сомневаюсь, господин Мэйтланд, что у нее было много времени на отдых. Вам никогда не приходилось путешествовать подолгу, ну а мне, смею вам напомнить, приходилось. И я ничуть не сомневаюсь, что графиня Брок-Кэрнская и ее муж останавливались в Хэрмитейдже, чтобы она могла передохнуть. — Королева повернулась к мужу:
— Джемми, ты должен по крайней мере дать лорду Гордону шанс рассказать, зачем он там останавливался, прежде чем что-либо предпринимать. Ни он, ни его отец никогда не причиняли тебе никаких неприятностей, не так ли?
— Нет, — признал король неохотно.
— Ну вот видишь, — сказала королева, победно улыбнувшись. Она положила голову ему на плечо и взглянула на него своими голубыми глазами. — Обещай мне, Джемми, что не прикажешь заключать под стражу лорда Гордона.
Ее похожий на розовый бутон ротик оказался совсем рядом с его губами, и он подумал о прошлой ночи, о ее ласках.
Обняв ее за талию, он сказал:
— Хорошо, Анна, обещаю, но если он не предоставит мне никаких объяснений, мне придется предположить самое худшее.
— Я думаю, граф может испугаться и промолчать о своем визите к Фрэнсису. Он ведь знает о вашей неприязни к нему. Скажите, почему вы так не любите Ботвелла?
— Лорд Ботвелл подверг сомнению авторитет короля, совершив побег из тюрьмы, куда был им посажен, — ответил Мэйтланд, стремясь вывести своего сюзерена из неудобного положения, в которое тот попал.
— Много шума из ничего, — сказала Анна и тепло улыбнулась своему мужу. — Ты навестишь меня вечером, Джемми?
— Да, дорогая! — Он улыбнулся ей в ответ, быстро поцеловал и выпустил из объятий.
Королева сделала реверанс королю и вышла из комнаты.
— До вечера, сир, — сказала она.
— Вашему величеству не следует позволять королеве вмешиваться в ваши дела, — начал было канцлер, но Джеймс резко оборвал его:
— Она права, Мэйтланд. Давай послушаем, что нам скажет лорд Гордон в свое оправдание. Я не хочу поступать поспешно. Анна права: ни Алекс, ни его отец и никто из их семьи никогда не причинял мне никаких неприятностей. Я не могу позволить себе заводить новых врагов.
