Я тряхнул головой, избавляясь от чар, которые она на меня наложила, и придал своему лицу обычную черствую незаинтересованность.
— У меня есть новости.
Я проскочил мимо нее и вошел в ее комнату. Толчок удовольствия согрел мое плечо в том месте, где мы соприкоснулись.
Я ожидал, что крошечная комната будет наполнена индивидуальностью, как и ее хозяйка.
Вместо этого она казалась безликой. Только самая необходимая мебель. Никаких интимных вещей. Никаких фотографий. Ничего лишнего. Вообще ничего.
Это могла быть комната для гостей. Или камера пыток серийного убийцы.
Я поднял стопку папок, которые принес с собой, и положил их на ее тумбочку.
Ее глаза проследили за моими движениями.
— Что это?
— Брайан и Динн проверили записи в бюро. — Я открыл папку и достал из нее документ, испещренный подчеркиваниями, и протянул ей. — В завещании есть расхождение во времени.
Ее рот приоткрылся, пухлая нижняя губа умоляла, чтобы я забрал ее в рот и высосал до беспамятства.
Черт.
Я никогда в жизни не целовал женщину, но сейчас мне этого хотелось. Хотел почувствовать ее жар и язык, смешивающийся с моим. Чтобы мы слились в единое целое.
Фэрроу заправила прядь волос за ухо, ее глаза пробежались по тексту.
— Что это значит?
— Это значит, что исполненное завещание не совпадает с тем, которое было официально оформлено за три года до этого. — Я изучал ее лицо в поисках реакции. — Завещание Веры не имеет юридической силы.
По мере того как она читала, ее глаза становились все более блестящими, в них блестели слезы, которые она отказывалась проливать.
Что-то дикое поднялось в моей груди. Мне захотелось обнять ее. Прижать ее к себе. Укрыть ее от мира, который всегда ее подводил.
— Зак. — Она подняла голову и улыбнулась. — Это потрясающе. Это доказательство того, что Вера подделала завещание. Мы можем оспорить его.
— Пока нет. — Я вырвал лист из ее пальцев и положил его обратно в папку. — Дэн, Брайан и Динн хотят еще времени.
— Что? — Она улыбнулась. — Почему?
— Чем сильнее будет наше дело, тем легче будет его выиграть. Нам нужны хронология, неопровержимые доказательства, подробное описание того, как она это сделала, когда она это сделала и кто ей помогал. Нам нужно поговорить с одним из свидетелей по первоначальному завещанию. Мы не можем халтурить, Осьми. Оно должно быть пуленепробиваемым. Ты должна быть терпеливой."
"— Уф. — Она бросилась ко мне, обхватила руками мою шею, ее губы целовали мою кожу, пока она говорила. — Но я не хочу быть терпеливой.
На секунду я застыл на месте, борясь с инстинктом отстраниться.
Какого черта, какого черта, какого черта.
Я захлопнула глаза, отсчитывая от десяти.
10, 9, 8…
Я приоткрыл глаз, понимая, что мне не хочется лить себе на голову кислоту.