Автор
В зеркальных очках Галкиного взгляда прячется мудрость поколения прошлого. В июне Герасима выглядит так, словно уже пережил зиму. Каждый шаг в этом мире мокрых дорог и тихих улиц несет с собой историю - она ведь не просто так носит лапу на запястье.
Ты просила найти некую Киру, ей принадлежал дом в деревне, который Анна сняла на лето, чтобы вывезти Елену на свежий воздух.
– Кира пустила жильцов бесплатно, – уточнила я, – ей требовалась женщина, чтобы ухаживать за ее собакой и кошкой. Несколько лет Анна и Леночка ездили в Подмосковье, потом их перестали приглашать."
"– Вранье, – отрезал Коробков, – в селе, где до сих пор находится особняк, коим и поныне владеет Ксения Федоровна, никакой Киры никогда не было. Имя нечасто встречается, это не Маша, Таня, Оля.
– Так, – протянула я.
– А вот у госпожи Бурбонской на лоне природы два владения, – вещал дальше Коробков. – Одно – двухэтажный дом, который в самом начале пятидесятых построил Федор. Почему он выбрал для строительства дачи это село? Потому что там когда-то жила его мачеха, вторая жена его отца, Нина Петровна, изба ей принадлежала. Фамилия Нины не Бурбонская, она оставила себе девичью – Елизарова. Пожилая дама скончалась. Ее скромные владения давным-давно принадлежат Ксении.
– Чем дальше в лес, тем толще партизаны, – протянула я.
– Слушай дальше, – велел Коробков.
Разговор длился долго. Когда мы с Димоном завершили беседу, ко мне прилетело сообщение с незнакомого номера: вывеска ресторана «Мясо без рыбы». Потом снимок зала, в котором было только два посетителя: Иван и симпатичная женщина в элегантном светлом наряде. Фото сопровождал текст: «И где твой муж?»
Я внимательно изучила снимки.
