Автор
В теплом луче солнца я стою на резной балконной скамейке, держа в руках шипучку. Всех вокруг – веселящие лица и смех, но мое место тише и сосредоточеннее. Мечтая о вечеринке, где могла бы быть я, вместо этого я наблюдаю за этим дома из окна. Так близко к волшебству, но всегда подальше от него....
— Может, и правда, Яна? – услышала я шепот справа, и дернулась при упоминании моего имени.
О чем это они?
— Рот закрой, Вадик! – тихо и страшно посоветовал Мирон.
— Да я просто, – тот смутился, и пошел дальше, освещая путь фонариком на смартфоне.
— Просто это и правда странно, – заявила Полина, идущая впереди нас.
Мирон напрягся. Да и я сама. Не понимаю, что происходит, но ясно чувствую – что-то не так.
И это «не так» касается меня.
— Яна с Аллой поссорились, – продолжила Полина, медленно идя по парку. — Затем обе исчезли.
— Я никуда не исчезала, – заспорила я.
— Она в уборной была. Я свидетель, – бросил Руслан, и Мирон напрягся еще сильнее.
— До коридора меня проводил, – шепнула я ему.
— Сколько мы Яну ждали? Минут пятнадцать?
— Точно грохнула, – хихикнул Карим, привалившись боком к дереву.
Все-то ему шуткой кажется. А мне вот не смешно.
— Школу мы обыскали, – напомнила я. — И на Аллу я не злюсь, я хорошо к ней отношусь и всегда относилась. Ну перепила, с кем не бывает.
Все замолчали, и я посчитала, что тема исчерпана. Но минуты через две заговорил Вадим:
— Мы из школы выбегали покурить через заднюю дверь. К слову, можно было пойти в туалет, но до него не дойти. Выйти на улицу, сделать то, зачем шла, а затем вернуться. Через пятнадцать минут.
— Детективов пересмотрел? Еще раз говорю: рот закрой, иначе пожалеешь! – Мирон дернулся, но я удержала его.
Только драки здесь не хватало.
— Ребят, хватит нагнетать, итак жутко, – попросила я.
Но меня уже не слышали.
— Твое доброе отношение к Алле – миф, – хмыкнула Полина. — Все же знают ее школьные прозвища?
Я поморщилась. Прозвища эти я помню, к сожалению.
— Алка-кинь ей палку, – высказался Карим.
— Алка-безотказная давалка, – добавил Ильяс.
— Все знают, что это Яна от хорошего отношения прозвища дала, – заключила Поля.
— Вранье! –возмутилась я.
Кто дал такие прозвища Алле – я догадываюсь, но уж точно не я.
— Да ладно врать, Яныч. Все знают, что это ты Алку так обозвала.
— Это не я! – разнервничалась я. — Ребят, хватит вам. Это не смешно!
— Вот и нам не смешно, – вдруг заявила Марина.
— Так, все, хватит. Одно слово против Яны, и я не посмотрю – мужик или девушка, ясно? – повысил голос Мирон.
И все, наконец, замолчали.
