Тонкие ки и ворсинки давят на кожу девушки в темном месте, где она оказалась не по своей воле. Сознание медленно приходит, словно разлапистая птичка в зловещей обстановке — холодные ледяные струйки, запах серой атмосферы и тревожное монотонное эхо. Мир вокруг сжимается, но дыхание девушки осторожно и ровно подчиняется течению ужаса, как будто она лишь погружается в глубокий сон....
Я досказала:
— Обещал не убивать меня?
— Видят боги, — зашипел беловолосый сердито, — Я бы потащил вас на ритуальный круг, дай он мне хоть знак… Я лишь надеюсь, что Ворон летает выше и видит дальше.
Он подтолкнул моего коня и сам поехал прочь, завидев примчавшегося Дага, которому хватило ума промолчать по поводу моего поступка, а я вернулась в лагерь. Осмотрела доверху набитые повозки, испуганно жавшихся друг к другу людей и мысленно махнула рукой.
Вот чем Эгиль был занят последние дни. Он знал, что замок начнет разрушаться — чувствовал то, что не чувствовала я.
А дальше был жуткий переход длиной в две седьмицы. Постоянный холод и ветер, лед под копытами лошадей и страх, что это не закончится никогда. Тоска по тому, что мы оставили и ужас неведения, что происходит позади. Мы ушли не тем путем, которым добирались до замка, отправились тайными тропами, выведшими нас сначала ко льдам Белого моря и узким расщелинам, похожим на морщины великана, а потом уже и до Ястребиной крепости.
В которой всем пришедшим хватило места и работы.
Воины остались с Вороном, хрустальное племя, передохнув, тут же направилось в свой замок, семьи ярлов и простой люд тут же принялись хлопотать и обживаться, ну а я… Как послушная жена покорилась решению Ледяного короля. И не только потому, чтобы защитить народ…
Решительно захлопнула ставни — спальню и так выстудила, хватит — оправила теплое платье и вышла из покоев. Пора было браться за хозяйские хлопоты.
ГЛАВА 2
— Когда твой свадебный обряд справим?
— Когда не только на Перевал, но и в вашу душу весна придет… Или когда вы мне пообещаете, что не сорветесь неожиданно с места.
Даг говорит спокойно и деловито, как и всегда. И смотрит спокойно — без укора или ожидания. Наверное, тем он и приглянулся мне — спокойствием, уверенностью и правдой хоть в ответах, хоть в вопросах. Потому и я с ним не скрываюсь:
— Ни одна женщина этого не пообещает — будь она колдунья или жена короля.
— А вам бы стоило… — кивает он на мой пока плоский живот, но я останавливаю его жестом.
— Это тебе следует заняться своей жизнью. Если же мне понадобится услуга… как и любой воин, семейный или нет, ты встанешь на защиту своей королевы."
"Прикипел Даг ко мне, видела. Привык всегда передо мной и, в то же время, в моей тени. Но пусть мне будет не хватать родного плеча рядом, его и самого вскоре начнет тяготить обязанности личного охранителя — уж слишком пламенно смотрят влюбленные друг на друга.
