Тонкие ки и ворсинки давят на кожу девушки в темном месте, где она оказалась не по своей воле. Сознание медленно приходит, словно разлапистая птичка в зловещей обстановке — холодные ледяные струйки, запах серой атмосферы и тревожное монотонное эхо. Мир вокруг сжимается, но дыхание девушки осторожно и ровно подчиняется течению ужаса, как будто она лишь погружается в глубокий сон....
Я могла лишь надеяться, что весь мой путь, что начался одним осенним днем, когда мой отец позвал меня в малый зал, привел меня к жизни, а не к смерти.
Он смотрел на меня долго…. а потом отвернулся и начал что-то говорить своим людям, подняв руку и призывая к молчанию. Утверждая мир.
Я же положила голову Ворона себе на колени и закрыла глаза, чувствуя, как кипят слезы под смеженными веками. Слезы облегчения и понимания, что делать…
«Мой дар — мое спасение»."
"Меня учили не поддаваться боли, но никто не объяснил, что сильнее всего болит не за себя.
«Моя любовь — моя плата».
Я ведь только познала её и не прошу забрать… но прошу разделить со мной и направить во спасение.
«И жизнь внутри меня — мое право».
Право на то, чтобы быть рядом с мужчиной, которого я люблю. Право на то, чтобы чувствовать себя счастливой.
«Мой дар — твоя жизнь»
И я с радостью отдам и его, и все, что смогу, ради стука твоего сердца, ради того, чтобы ты открыл глаза.
«Пусть сила моя проникнет в тебя, кровь смешается с твоей и направится к твоему сердцу, а моя суть оживит навечно».
Эгиль вздрагивает всем телом. Я же… мало что чувствую. Хотя нет — чувствую. Гул в голове, поток, заполняющий меня и пространство вокруг, трепет зародившейся внутри жизни, дарующий мне силу продолжать.
«Впитай мой дар, ощути биение своего сердца и оживи дыхание»
Меня трясет — но и Эгиля тоже. Камень на моей груди и клеймо чернокнижницы будто раскалены огнем, будто по моей коже кто-то проводит кинжалом, вырезая невиданный цветок.
«Силой своего рода, силой, данной мне при рождении, силой, подаренной мне новой жизнью заклинаю…»
Он выгибается, а я вжимаю пальцы в его плечи и выдыхаю в открытый в крике рот.
«…живи».
И улыбаюсь, чувствуя, как лопается черный хрусталь.
Улыбаюсь, потому что Эгиль открывает глаза.
Эпилог
Когда-то, на заре времен, Локи родил волка и змея.
Вот только предсказатель предупредил богов, что будет от этих существ погибель.
ЗмЕя же, Ёрмунгадра, бросили в море, окружающее твердь, и в море он и вырос и сплелся вокруг земли, кусая свой хвост.
Символ оборота и божественного бытия. Смены ночи и дня. Очищения. Времени. Бесконечной Смерти и Жизни, которые порождают друг друга.
Неизбежности происходящего и Судьбы…
Всё так.
