Автор
Пиппа Харрингтон и Грегори Шервуд оказываются перед выбором: уступить давлению брака по расчету или рискнуть всем ради любви. Между ними возникает конфликт между долгом и сильными чувствами, когда они пытаются найти истинную привязанность.
Раздел Chitat.online для книги «Мой граф» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Пиппа Харрингтон и Грегори Шервуд оказываются перед выбором: уступить давлению брака по расчету или рискнуть всем ради любви. Между ними возникает конфликт между долгом и сильными чувствами, когда они пытаются найти истинную привязанность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Пиппа Харрингтон и Грегори Шервуд оказываются перед выбором: уступить давлению брака по расчету или рискнуть всем ради любви. Между ними возникает конфликт между долгом и сильными чувствами, когда они пытаются найти истинную привязанность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Медная лохань уже стояла перед огнем.
– Мы сейчас быстренько принесем еще, – сказал один после того, как они вылили воду в лохань.
– Не нужно, – ответил Грегори. – Этой воды вполне достаточно, чтобы помыться.
– Хорошо, милорд, – хором отозвались они и поспешно ретировались, прикрыв за собой дверь.
Пиппа схватилась за ручку двери.
– Я тоже ухожу, чтобы помочь мистеру Доусону. Когда я вернусь, ты уже помоешься, и, если тебе понадобится помощь с сюртуком и шейным платком, я помогу. – Щеки ее порозовели.
Грегори не мог устоять, чтобы не подначить ее после того, как она с ним обращалась.
– Мистер Доусон может подождать, – заявил он. – Ты должна помочь мне вымыться. – Он скинул халат, поставил в лохань вначале одну ногу, потом вторую.
Пиппа на секунду оцепенела, затем устремилась в гардеробную.
– Что ж, прекрасно, – холодно проговорила она. – Принесу мочалку и мыло.
Он понаблюдал, как она заспешила прочь. У девчонки есть характер. Когда она вернулась с банными принадлежностями, он попросил:
– Намыль мне мочалку, хорошо?
Ее глаза расширились.
– Ты дразнишь меня и прекрасно знаешь это, Грегори Шервуд. – Она швырнула ему мыло и полотенце и кинулась к двери.
– Дразню? – прокричал он ей вслед. – Но ты же сама назвалась моим камердинером!
Она остановилась, но не обернулась.
– Ты всегда так себя вел, когда я была твоим лейтенантом. Ты знал, что я помешана на тебе, и заставлял делать что-нибудь страшное, к примеру, пробежать через двор какой-нибудь злой старой карги в деревне. Ты бросал мне вызов с совершенно непроницаемым, ничего не выражающим лицом. Что ж, этот вызов я не принимаю. Я больше не хочу быть твоим камердинером.
– Вполне с тобой согласен, – сказал он, намыливая живот. – На самом деле он мне не нужен.
Она по-прежнему не смотрела на него, и это заставило Грегори осознать, как, должно быть, трудно было ей этим утром играть роль невозмутимого, но умелого камердинера.
Его гордость отступила.
– Ох, ну ладно. Я прошу прощения, если оскорбил тебя вчера вечером. Я понимаю, почему ты обращаешься со мной так холодно, и не виню тебя. Если это хоть немного тебя утешит, твое унижение от того, что я взял над тобой верх, и вполовину не так мучительно, как мое расстройство от того…
– Что я больше не могу прикасаться к тебе. Я не пойду против твоих желаний.
– Думаю, мне больше не следует видеть тебя обнаженным, я имею в виду после этого твоего купания.
