В зале гуще людей, я стараюсь ничем не выдать своего страха. Дрожь перед лицом мужа только усиливается, когда он закатывает рукава сорочки, покрытой красным бордо, а вокруг разливаются фруктовые и минеральные нотки свежего букета. Атмосфера напряжена до предела, словно зашифрованный код в жестоком противостоянии....
И выкинь дурь из головы.
Размешиваю чай. Пялюсь в кружку. Я плохо вру. Но слово не воробей, буду опираться на эту версию.
- Мам, ты просто...- конец моей фразы отрезает хлопнувшая в коридоре дверь.
Переглядываемся. Слушаем веселое насвистывание Артура. Смотрю на часы. Прикатил с работы чуть ли не в обед. Проверяет меня.
Ладно. Всего несколько дней. Нужно не подавать вида, и всё получится.
Глава 45
перечитываю сообщение от Марины и сверяюсь со временем.
Подскочу.
Есть соблазн написать, что нет, не получится, развлекайтесь без меня. Мне на их лживые рожи смотреть не хочется.
Но.
Прошлое надо оставлять в прошлом, скоро я исчезну и мы вряд ли когда-нибудь снова встретимся, и хорошо бы перед этим выяснить, почему они такие суки.
Поэтому в начале пятого выхожу из машины и открываю дверь нашей любимой кофейни. Здесь вкусный кофе, и всегда свежие круассаны, запахи зёрен и выпечки смешиваются, головокружительный аромат.
Иду в малый зал, к столику, который мы обычно занимаем, и уже на полпути замечаю, что на диванчиках расположилось девушек больше двух.
Четыре.
Настя, Марина, незнакомая брюнетка со стрижкой ёжиком. И Лера.
Она пьет апельсиновый сок через трубочку и чему-то смеётся, и я на ровном месте спотыкаюсь.
Она ведь в ту субботу, в ресторане, когда караулила моего босса, видела кота без маски. Нас втроём в коридоре, и как меня лапали.
Её дядюшки.
Машинально отшатываюсь назад, за кадку с пальмой.
Они что-то бурно обсуждают.
Как же я так про нее забыла. Один из них тогда остался с ней, второй увёл меня, и ведь уже больше месяца прошло, а она до сих пор никому не растрепала, что видела нас.
Они хорошо умеют убеждать. Точнее, принуждать. Как там в ""Коньке-горбунке""? У старинушки три сына: старший умный был детина.
А у Вагиза Морозова и средний тоже умный, и младший, повезло так повезло, дураков нет.
Вижу, как Марина наклоняется над телефоном.
Буквы на экране какие-то острые и колкие, и эта мысль, что у меня нет теперь подруг, и не с кем перебрасываться текстом от скуки и встречаться за кофе, чтобы почесать языком - как яд.
С завистью слушаю долетающий до меня смех.
- Вам чем-то помочь? - звучит над ухом вежливый вопрос.
Смотрю на официантку с подносом. Она подозрительно щурится.
