В зале гуще людей, я стараюсь ничем не выдать своего страха. Дрожь перед лицом мужа только усиливается, когда он закатывает рукава сорочки, покрытой красным бордо, а вокруг разливаются фруктовые и минеральные нотки свежего букета. Атмосфера напряжена до предела, словно зашифрованный код в жестоком противостоянии....
Снова хихикает, тычет себе за спину, мол, ты лжец, а жених там. Лениво провожаю глазами ее палец с длинным красным ногтем.
И столбенею.
Не я один без приглашения приперся на чужую свадьбу. Он тоже здесь. Меряет черную маску. Восточный гороскоп, собака.
Реально, пёс.
Несколькими широкими шагами гашу расстояние. Хватаю за грудки и толкаю за колонну.
- Ты серьёзно? - дышу со свистом, костяшками стучу по пластмассе, а лучше бы в табло ему. Прямым с правой. - Ты чего тут забыл?
- То же, что и ты, - он отмахивается от меня.
- Слушай, - начался конкурс, шум громче, ведущий надрывается, я морщусь. - Хочешь шлюху - едь на трассу. Там стоят. Разные.
- Я эту хочу, - он качает головой. - Не пойму, - говорит с издёвкой.
- Я здесь не за этим.
- За этим.
В разрезе маски глаза сужаются, и взгляд меняется, частично он прав, буду отпираться - и мы как на деревенской пирушке заварим пьяную драку. И я скриплю зубами. И соглашаюсь:
- Ладно. Оба не трогаем. Так пойдет?
- Можем оба тронуть. Так пойдет.
С подноса пробегающей официантки он стягивает бутылку шампанского. Неторопливо возится с крышкой.
Я вижу, я знаю, он специально, но никак не допру зачем. Тогда в кабинете, Артур ушел, он предложил, я согласился.
Разделить ее.
А у меня всего один шанс оставался попробовать, паршивый шанс, с ним на двоих, и я все равно воспользовался. Будто в горячке смотрел, как он ее. По столу раскатывает. Размазывает в лужу. Как она течет. Всхлипывает ему в рот. Обнимает, прижимается к нему.
Смотрел и думал, что обоих убью, а член разрывало.
Грязная самка. Выдрать ее с двух сторон. Чтобы имя свое забыла.
Юленька.
Я болен.
- У тебя херь какая-то в башке, - замечаю, когда пробка с хлопком выскакивает. - Поехали.
- Езжай, - он пьет. - А у меня тут ещё, - между глотками говорит, - незаконченное дело.
Он выглядывает из-за колонны. Траектория взгляда от нас до неё, сметая столы и случайных гостей, отрезая музыку, крики и смех. Она стоит в арке, от служебного коридора так близко, зевает в ладонь и держит на прицеле гудящий зал.
Вдруг гаснет свет.
