В зале гуще людей, я стараюсь ничем не выдать своего страха. Дрожь перед лицом мужа только усиливается, когда он закатывает рукава сорочки, покрытой красным бордо, а вокруг разливаются фруктовые и минеральные нотки свежего букета. Атмосфера напряжена до предела, словно зашифрованный код в жестоком противостоянии....
Нет, это не мой, и не жемчуг даже, мужской браслет из черных крученых верёвочек.
- Нравится? - он близко, от него пахнет вином с древесно-лимонными нотками парфюма. А в кабинете я не ощущала ничего, кроме бурбона и чего-то душно-пряного, как если бы похоть сквозь кожу, сквозь поры пробивалась в воздух, отравляя мне кислород.
- Не нравится, - с его галстука в мелкую белую полоску поднимаю взгляд выше.
- Только браслет?
- И галстук.
- Всё?
- И ты.
- Чего тогда стоишь? - он усмехается.
Он сам не двигается, я тоже, меня будто прибили к месту, все же это он. Точно он.
Здесь так мало света, а у него такие черные глаза, зрачок сливается с радужкой, отражает огни ресторана. На его лице две густые кляксы, тянут меня вглубь, к нему во тьму.
- Ладно, - он встает боком, откидывается на перила, скрещивает ноги. - Хотел кой-чего сказать. Артур на прошлой неделе на счёт тебя параноил. Кто-то ему что-то настучал.
- Так ты бы Артуру об этом сказал.
- Так я тебе говорю, - он поворачивает голову, снисходительно, сверху вниз, смотрит. - На меня ни за что наехали. Чувствую себя оскорбленным. Считаю себя в праве это недоразумение исправить. Но давай на берегу договоримся - к Артуру жаловаться ты не бежишь.
- В смысле? - отталкиваюсь от перил, отступаю в сторону.
- В смысле я номер в гостинице снял, - его губы складываются в напряжённую нитку. - Могу тебе заплатить. Это не проблема."
"Моргаю. Он прямым текстом заявляет, что собирается на ночь снять и номер, и меня, ибо я так просто, и они, мужчины, отношения портить не намерены.
- Заплати лучше коучу, - иду к главному ресторану. - И на курсах посиди, поучись, как надо вести себя с женщинами.
- Ты о себе, Юль? - он перехватывает за талию одной рукой, тянет назад к себе, у меня за спиной говорит, - хорошо, давай серьезно. Я не одну ночь предлагаю.
- Вообще ничего мне не предлагай, - во мне кипит злость, дёргаюсь и давлю каблуком его блестящую туфлю, он шипит и резко выдирает ногу, теряет равновесие, пытается удержаться за меня, но я под его весом сгибаюсь, и мы вместе шлепаемся в грязь.
- Бл*ть.
