А ещё это отличный шанс откровенно поговорить с Кенданом и открыть ему свои страхи и сомнения. А заодно выяснить, как он напал на след ведьмы и…
Это настоящая сестра Тартана?
– Хорошо, – согласилась я, и комната буквально взорвалась от радостных криков. Даже пришлось закрыть уши, чтобы не оглохнуть. Амелота потянула меня за локоть и добродушно усмехнулась:
– Они боялись, ты откажешься. А теперь счастливы!
– Ничего особенного, – проворчала я, украдкой поглядывая на Кендана. – Мне это несложно.
– Для нас ваше согласие значит очень много, – торжественно заявил высокий седовласый мужчина. – Всемогущий Кразь примет дары лишь из рук женщины рода Драко. А вы не только законная супруга, но и истинная пара потомка Древнейших. Это принесёт процветание нашим землям!
И комната снова потонула в радостном крике.
– Ты должна будешь пройти босиком по снегу, – важно предупредила Амелота. – В церемониальном платье. На рассвете ты возложишь дары Кразю… – Глянула на меня с тревогой. – Ты же сделаешь это?
– Нет, – щёлкнула я её по носику и подмигнула. – Мы сделаем это. Ведь ты тоже женщина из рода Драко!
Наступила такая тишина, что стало слышно, как потрескивает поленьями жадный огонь. Все взгляды устремились к девочке, и дочь соэра выпрямила спину. В этот миг она будто стала взрослее, и я порадовалась её растущей уверенности. Ведь я скоро покину малышку, и ей придётся справляться самой.
– Помоги мне, – шепнула девочка, и я с готовностью поддержала падчерицу.
Когда Амелота поднялась на ноги, та молоденькая девушка, что расписывала мне достоинства её матери, расплакалась. К ней присоединились другие женщины, а мужчины один за другим опускались на колени.
– Слава Всемогущему… – зазвучало отовсюду.
Когда селяне оправились от радостного потрясения, то наступило полное безумие. В дом набилось столько народа, что негде было яблоку упасть. Зазвучала музыка, и начались танцы. Кружки с напитками передавали из рук в руки. Простые люди праздновали так открыто и беззаботно, будто делали это в последний раз.
Вскоре Тартан громко захрапел у очага, а Вернен, покачиваясь, ушёл с одной из селянок. Заснувшую Амелоту унесли на второй этаж, я же осталась рядом с мужем. Людей становилось всё меньше, музыка – тише, за окном – темнее.
А я всё ждала, когда же выпадет минутка поговорить с Кенданом наедине.
Соэр позволил мне устроиться на заснеженном бревне, а чтобы не замёрзла, предварительно накинул сверху отвердевшую на морозе меховую шкуру.
– Осторожнее, – предупредил он.
