Автор
Любовь, преданность и внезапное возвращение к прошлому приводят к столкновению. Роман Стрелецкий, чья отстраненность вызывает недоумение, внезапно меняет свое решение, что ставит под угрозу его положение в Кремнегорске. Возникает конфликт между долгом и невысказанными чувствами.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Моя навсегда (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Любовь, преданность и внезапное возвращение к прошлому приводят к столкновению. Роман Стрелецкий, чья отстраненность вызывает недоумение, внезапно меняет свое решение, что ставит под угрозу его положение в Кремнегорске. Возникает конфликт между долгом и невысказанными чувствами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Любовь, преданность и внезапное возвращение к прошлому приводят к столкновению. Роман Стрелецкий, чья отстраненность вызывает недоумение, внезапно меняет свое решение, что ставит под угрозу его положение в Кремнегорске. Возникает конфликт между долгом и невысказанными чувствами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Оля и проснулась вся измученная. Даже губы спеклись и потрескались, как от жара. Болело все, а особенно руки. Тонкая светлая кожа, лишь слегка покрытая золотистым загаром, теперь бугрилась жуткими синюшно-красными рубцами-полосами.
Рядом топтался Пашка, глядя на нее с жалостью.
Оля кивнула и заплакала. Больно — полбеды, но как это было страшно, и как унизительно. И, главное, несправедливо!
Пашка рванул бегом из комнаты, но через минуту вернулся, неся в блюдце горку слегка поплывшей малины.
— Это я утром собрал. Для тебя.
Оля выдавила благодарную улыбку и съела пару спелых ягод.
— Вот вырасту скоро, — серьезно сказал Пашка, глядя на сестру, — и заберу тебя отсюда. И маму тоже. А батю брать не буду. Он нам не нужен.
В другой раз она бы его ласково укорила, что нельзя так про папу, он же просто строгий, но желает им добра и все для них делает. Но сейчас язык не поворачивался повторять за матерью эти фальшивые слова. Оля отставила блюдце на прикроватную тумбочку и обняла брата.
За окнами послышался настойчивый гудок клаксона, а через минуту в комнату заглянула мать.
— Доча, — выглядела она хуже обычного. Как будто вчера отец не Олю, а ее избивал. — Там приехали. С комбината. Говорят, к тебе.
Оля вынырнула из-под одеяла. Стала хвататься за вещи, суетливо кружить по комнате.
— Оля, что им надо? — встревоженно спросила мать.
— Я должна дать показания в милиции. Я совсем забыла!
— Пашка, миленький, сбегай скажи им, что через минуту выйду.
Брат помчался во двор.
— Это по поводу Романа? — осторожно спросила мать, наблюдая, как Оля торопливо одевается.
Оля повернулась к ней.
— Ромку вчера чуть не убили на моих глазах. Я что, должна молчать? Покрывать преступников? И он никого не насиловал, чтоб ты знала! Его оклеветали! А если боишься, то ничего не говори отцу. Я долго не буду.
— Не нравится мне все это… — причитала мать, стоя за спиной, пока Оля впопыхах одевалась и собирала волосы.
И семенила следом за ней, все так же вздыхая и охая, когда она на лету подскочила к умывальнику, а потом — и на крыльцо.
— На крутой тачке прокатишься, — улыбнулся Пашка, кивая за ворота. — А можно с тобой? Пожа-а-алуйста! Наши обзавидуются!
Мать тут же подскочила, схватила его за руку, потянула к крыльцу.
— Иди в дом! — и тут же с мольбой: — Оля, может, не надо?
Оля, не слушая мать, выскочила за ограду и устремилась к припаркованному мерседесу. На улице уже припекало, а ей пришлось надеть джинсы и кофту с длинными рукавами, чтобы спрятать следы вчерашних побоев.
Перед тем, как сесть в машину, черную, большую, сияющую на солнце, Оля подумала: отец все узнает. Такая машина на их улице уже привлекла соседское внимание.
