Автор
Любовь, преданность и внезапное возвращение к прошлому приводят к столкновению. Роман Стрелецкий, чья отстраненность вызывает недоумение, внезапно меняет свое решение, что ставит под угрозу его положение в Кремнегорске. Возникает конфликт между долгом и невысказанными чувствами.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Моя навсегда (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Любовь, преданность и внезапное возвращение к прошлому приводят к столкновению. Роман Стрелецкий, чья отстраненность вызывает недоумение, внезапно меняет свое решение, что ставит под угрозу его положение в Кремнегорске. Возникает конфликт между долгом и невысказанными чувствами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Любовь, преданность и внезапное возвращение к прошлому приводят к столкновению. Роман Стрелецкий, чья отстраненность вызывает недоумение, внезапно меняет свое решение, что ставит под угрозу его положение в Кремнегорске. Возникает конфликт между долгом и невысказанными чувствами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Можешь, пожалуйста, помыть одно яблоко? Там в конце коридора умывальники.
— Конечно. Могу и все, чтоб тебе лишний раз не ходить.
Пока Миша мыл фрукты, она поднялась с кровати, худо-бедно прибрала руками волосы, запахнула халат. А когда вернулся, увела его из палаты. Разговаривать с ним при любопытных соседках не хотелось. Те и так наслушались лишнего, когда мать приходила.
В отделении был небольшой холл с креслами, диваном и даже телевизором, правда, вечно выключенным. Там они сели. Сначала Миша здорово стеснялся. И почти ничего не говорил, да и смотрел на Олю лишь урывками. Но на следующий день зачем-то пришел снова…
Пока Оля лежала в больнице, Миша навещал ее все дни, когда не работал. Постепенно даже разговорился, про себя начал что-то рассказывать. Однажды он столкнулся с Олиной матерью. Та его сразу же узнала, удивилась, конечно, но больше обрадовалась. И соседки по палате, решив, видимо, что он ее жених, вовсю его расхваливали:
— Хороший у тебя парень, сразу видно. Скромный, работящий. С таким, как за каменной стеной будешь.
В первых числах сентября Олю выписали. За день до этого она сказала Мише:
— Завтра не приходи.
— Почему? — напрягся он.
— Меня выписывают завтра.
— А-а, — понимающе протянул он. Потом, помявшись, спросил: — А можно я приду… ну, помогу с вещами там? До дома тебя провожу?
— Я не домой, — выдавила Оля, а ведь не хотела ему ничего говорить. А сказала, потому что страшно. Идти в неизвестность страшно. Остаться совсем одной страшно. А он и правда — каменная стена.
— А куда? — округлил глаза Миша.
— Попробую в общежитие заселиться. От нашего института.
Оля посмотрела в его глаза, пристально, испытывающе. «Сейчас скажу правду и никогда его больше не увижу», — подумала она и… рассказала все, как есть.
— Потому что… — щеки ее залились краской. — У меня будет ребенок. Для моего отца это… в общем, это самый страшный позор.
День выдался теплый и солнечный. Они сидели в больничном скверике на скамейке. Воробьи копошились в траве, уже покрытой первыми облетевшими листьями. И все было так спокойно, так безмятежно вокруг.
Миша тяжело молчал, переваривая услышанное. Молчал долго. Потом все-таки спросил:
— А… ну, отец ребенка… он что?
— Он уехал отсюда навсегда.
— Почему? Бросил тебя, что ли?
В груди опять нестерпимо защемило, а глаза зажгло.
— Пожалуйста, прошу, давай не будем о нем. Я не могу просто… — всхлипнула Оля, утирая набежавшую слезу.
— Хорошо, конечно… — Миша закусил губу.
Попрощались они неловко, и Оля думала, что больше он не появится после ее откровений. Но нет. На следующий день Миша пришел прямо к выписке.
— Ты пойдешь со мной? В общежитие?
— Нет, у меня другое предложение. Пойдем жить ко мне? Я снял квартиру, тут недалеко. Хорошая квартира, маленькая, но все есть.
