Автор
Медицинская сестра Диана выходит замуж за богатого владельца клиники пластической хирургии Розенберга, чтобы избежать нищеты. Он ищет спасение от одиночества. Но расчетный брак не приносит ожидаемого счастья: она чувствует себя чужой в роскошном доме, а он так и не находит в жене близкого...
Раздел Chitat.online для книги «Мой бедный богатый мужчина» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Медицинская сестра Диана выходит замуж за богатого владельца клиники пластической хирургии Розенберга, чтобы избежать нищеты. Он ищет спасение от одиночества. Но расчетный брак не приносит ожидаемого счастья: она чувствует себя чужой в роскошном доме, а он так и не находит в жене близкого...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Медицинская сестра Диана выходит замуж за богатого владельца клиники пластической хирургии Розенберга, чтобы избежать нищеты. Он ищет спасение от одиночества. Но расчетный брак не приносит ожидаемого счастья: она чувствует себя чужой в роскошном доме, а он так и не находит в жене близкого...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"
"– В том-то и дело, что она не может больше терпеть! – сказал Колдунов. – Год уже по врачам ходит, просит прооперировать, а в ответ слышит только невразумительные отмазки. Якобы на химии все должно рассосаться, потом на лучевой терапии. Я почти уверен: если бы она пришла ко мне год назад, опухоль можно было бы убрать без сложного протезирования и пластики. Но для этого ребятам из онкологической службы должно было хватить честности признаться: опухоль неоперабельна только потому, что мы не умеем оперировать! Сказали бы ей: ищите другого хирурга, и она бы в конце концов нашла. Но нет, разве могут наши ведущие онкологи признаться в своей некомпетентности! Зачем, лучше они станут травить человека химией, долбить лучами, авось, помрет по-быстрому и не будет им глаза мозолить.
– Вот после чего она действительно помрет, так это после нашей операции. То, что ты предлагаешь, это хирургический метод эвтаназии, ничего больше, – высказал свое мнение Розенберг.
Колдунов ответил, что, если бабушка и погибнет во время операции, входить в наркоз она будет с надеждой. Эвтаназия – признанное поражение, а рискованная операция – борьба, так что разница принципиальная. Пусть шансы на благополучный исход операции невелики, но без нее их вообще нет.
Розенберг еще раз внимательно просмотрел все данные обследования, вздохнул и мрачно поинтересовался:
– А как она вообще, эта бабушка?
– Нормально. Метастазов нет, тяжелых сопутствующих заболеваний тоже. Семьдесят пять лет, закаленные организмы таких бабушек обычно хорошо переносят тяжелые операции. Раз организм протянул семьдесят пять лет без капремонта, значит, запас прочности имеется.
– Тут ведь в чем сложность? Если начнем оперировать, остановиться не сможем. Это тебе не живот – открыл, в брюшной полости сориентировался: ага, неоперабельно, и быстренько зашиваешь. Здесь мы пока всю опухоль не уберем, истинных границ ее не узнаем. Кровить будет очень сильно, а лигировать сосуды по ходу операции мы не сможем, опухоль нам весь обзор закроет. Я уже не говорю про всякие там нервные стволы, за которые если дергать, можно остановки сердца добиться. Это ладно, анестезиолог подстрахует. Но остальное…
– Да знаю я, что это не Рио-де-Жанейро и даже не Копенгаген, – вздохнул Ян Александрович.
Тут в дежурку зашла недовольная терапевт. Судя по всему, она хотела высказаться, но, увидев грозную, несмотря на маленький рост, фигуру Ильи Алексеевича, молча шлепнула на стол перед Ладой историю болезни и ушла.
Лада с сожалением отложила едва начатый шоколадный батончик.
– Жду вас в операционной минут через двадцать, Ян Александрович, не раньше. Хочу эпидуральный катетер поставить.
