Автор
Мила смотрела на мужа мрачным взглядом, но Станислав продолжал есть безучастно, словно забыв обо всем на свете. В кухне царила атмосфера напряженного ожидания, смешанная со странными тихими шумами и неслышимыми шагами по лестнице.
Родителям было бы тяжело кормить меня, поэтому я отправился в город, в медучилище. Все думал: выучусь на доктора и вернусь. Построюсь, думал, рядом с родителями, в райцентр буду на работу ездить… А видишь, как сложилось… Сколько раз я говорил себе: Яша, бросай ты эту клинику к такой-то матери, возвращайся домой и живи как человек! Бабок ты уже нарубил, детей обеспечил, чего тебе еще? Жадность, что ли, не пускает?
– Ты же не для себя стараешься, – пробормотала Диана и зевнула.
– Ну да… Мне самому, кроме этого, – он широко повел рукой, – ничего не надо! А вот детям я обязан заработать столько денег, сколько смогу, и ни копейкой меньше! И тебе, зайчик, чтоб ты у меня осталась обеспеченной вдовой в случае чего.
– Ты лучше живи…
Они крепко обнялись, и Диана поняла, что тоже не хочет уезжать отсюда.
Если бы она только знала, что ждет их в Питере…
Вернувшись из университета, Диана увидела во дворе незнакомую серебристую иномарку. Значит, муж дома и принимает гостей. Она перебросила сумку на другое плечо и задумалась.
Как настоящий шпион, она бесшумно открыла дверь и проскользнула в холл. В гостевом отделении гардероба одиноко висела шикарная женская курточка из лайки. Интересненько! Он что, специально устроил меня в университет, чтобы во время моих лекций принимать у себя женщин?
Голоса доносились из гостиной, и она не утерпела: подкралась к двери, которая, на удачу, была закрыта неплотно, и осторожно заглянула.
Гостья Розенберга оказалась невероятно красивой дамой! Она сидела в кресле, закинув ногу на ногу, и курила, резко поднося сигарету ко рту и так же резко отнимая. Диане даже показалось, что она стряхивает пепел прямо на пол.
– Я же предупреждала, что ты горько пожалеешь, – презрительно сказала дама. – Теперь ты понял, что я тебя не просто так пугала?
Диана, собравшаяся было наверх, замерла за дверью.
– Да, Галя, я понял, – услышала она спокойный голос мужа. – Я понял, что могущество твое практически не знает пределов, что ты ненавидишь меня и используешь всякую возможность напакостить мне. Может быть, на этом остановимся? Ты можешь считать, что я перед тобой виноват, но профессор Колдунов не сделал тебе ничего плохого! Давай ты отомстишь мне как-нибудь иначе, а? Чтобы это его не коснулось.
