Автор
Лондон в июле 1818 года: шумные улицы, густые клубы и дымок над морем создают атмосферу загадочности и опасности. Генерал Марк Гримальди, герцог Трэйнсфорд, готов рискнуть всем на вытянутую руку ради повышения в звании, которое может укрепить его позиции в политической интриге страны....
– Моя мать была сестрой нынешнего герцога, а такие высокие титулы обычно не передаются по женской линии. Как оказалось, наш случай – исключение. – Марк прошелся по комнате и взъерошил пятерней свою и без того не безупречно причесанную шевелюру. – И снова я вынужден просить тебя не распространяться об этом.
Оуклиф пожал плечами и пробормотал:
– Как скажешь… – Немного помолчав, добавил: – Кстати, а кто, по общему мнению, является наследником титула?
Мэтью Картрайт! Марк вдруг вспомнил, где он слышал это имя.
– Насколько мне известно – мистер Картрайт. Впрочем, это надо будет уточнить. Дело в том, что я никогда не был близок с моими родственниками по материнской линии. Я вообще не думал о подобных вещах до вчерашнего вечера.
– Понимаю. – Оуклиф продолжал исследовать блюда на буфете. В очередной раз наклонившись, он понюхал содержимое какой-то емкости. – Но скажи, кто-нибудь еще знает, что ты наследник титула?
– Не думаю… – протянул Марк.
Оуклиф выпрямился и несколько секунд пристально смотрел на собеседника.
– Бьюсь об заклад, если бы дядя подозревал тебя, то не стал бы сообщать такие подробности.
– Он мне доверяет, – заметил Марк. – К тому же он еще не знает, что Джона убили.
Оуклиф прищурился и тихо спросил:
– Могу я спросить, почему он никогда не признавал тебя своим племянником?
– По моему требованию. Ему известно, что мне не нужен титул. И не нужны связи с родственниками моей матери. Мы никогда не были близки.
"– Надо же… – Оуклиф задумался. – Грим, а ты еще что-нибудь можешь мне сказать, прежде чем мы продолжим расследование?
Марк почесал в затылке. Оуклиф вел себя на удивление разумно. Учитывая обстоятельства…
– Нет, это все.
– Понятно, – кивнул сыщик. – Знаешь, как правило, я не допускаю, чтобы люди, состоящие в родстве с жертвами преступлений, помогали в расследовании, но тебя рекомендовал Тоттенхем. Впрочем, он ведь не знает о вашем родстве…
– Обещаю быть беспристрастным, – торжественно заявил Марк.
– Вот и хорошо. – Оуклиф снова кивнул. – А пока что нам надо поговорить со всеми, кто был здесь вчера вечером.
– И со слугами, – добавил Марк. – Надо задать им несколько вопросов.
– Конечно, – отозвался Оуклиф и вышел из комнаты, чтобы собрать слуг.
Не прошло и десяти минут, как он вернулся в сопровождении встревоженного дворецкого и насмерть перепуганной служанки.
