Итак, тролль запретил Диме кричать, но ведь он ничего не говорил о том, что нельзя стучать в дверь.
Стража поблизости явно нет – за дверью совсем тихо.
И тут Дима выяснил еще кое-что: на двери не было замка!
Дима осторожно потянул дверь на себя, и она беспрепятственно открылась. Снаружи никого не оказалось. Сердитый тролль-стражник – если это был стражник – куда-то свалил."
"Дима перешагнул порог и попал в еще одно, точно такое же длинное помещение с низким потолком и дверью у дальней стенки. Здесь было гораздо светлее. Рассеянный свет проникал через узкие прямоугольные окна, похожие на бойницы. Окна располагались через равные промежутки вдоль левой стены. Дима подошел к ближайшему «окну», но не увидел ничего, кроме бетонной стены. Тогда он высунул голову, посмотрел по сторонам и обалдел. «Окно», сквозь которое он изучал местность, оказалось орудийным портом. Тролли затащили его на старинный корабль!
И вдруг все погрузилось во тьму. Остались только огоньки сигнализации.
Дима испуганно заморгал, не понимая, что произошло. Он не знал, что именно в этот момент в музее «Васа» закончился рабочий день.
Дима втащил голову обратно. Теперь на верхней палубе было так же темно, как и на нижней. Но, по крайней мере, стало ясно, в каком направлении идти. Дима ощупью двинулся в сторону двери… И вдруг замер.
Из-за дальней двери доносились голоса.
Дима едва не бросился бегом обратно, но удержался. Какой смысл возвращаться? Раз тролль не запер дверь, значит, можно свободно ходить, где хочешь. Может, тролли просто положили пленника (или все-таки спасенного союзника?) в трюме отдохнуть, пока он не придет в себя, а вовсе не собирались его заточать? К тому же ему сильнее прежнего захотелось пить.
Добравшись до двери на следующую палубу, Дима притаился и начал подслушивать. До него долетали обрывки фраз на незнакомом языке, скрип шагов по палубе. Голоса были грубые, но явно женские. В воздухе повеяло чарующим запахом овощного супа. Дима сглотнул слюну. Он вдруг осознал, как проголодался. И одновременно почувствовал себя спокойнее. Там, где женщины варят суп, вряд ли таится какая-то опасность, решил он и толкнул дверь.
Да, это был камбуз. Посреди очередного низкого темного помещения топился каменный очаг. Красноватый свет углей, рдеющих под железной решеткой, едва освещал кухню. Над очагом висел большой чугунный котел архаичного вида, в котором булькал тот самый суп. Над котлом имелась вытяжка – явный новодел. У стен, тонущих в темноте, смутно виднелись столы, шкафчики с посудой и всякая кухонная утварь. Возле котла столпились несколько женщин – крупных, неопрятных и довольно-таки страхолюдных теток.