Туман медленно рассеивается, открывая облик забытого оазиса — песок под светом зари и серый пруд с его мерцанием. Замешательная атмосфера скрадывает каждое движение вокруг, заставляя главную героиню броситься на лавочку, как будто готовясь к чьему-то жестокому внезапному приставанию. Но вместо ожидаемого события — только тихий шепот и мимолетная надежда в голосе, заставляющий героиню все более и более сомневаться в своей реальности....
– Я его люблю!
– Любит она, видите ли! – фыркнул дед и повернулся к Марине. – Видите, что себе в голову вбила! Любовь у нее! Верите ли, специально из Москвы увез, думал, хоть отойдет здесь, так он за ней приехал!
– Павлик, – простонала Валентина Васильна, – мальчик! Дак ты… за ней?! За кошкой драной?! Ты не к маме приехал?!
– Паша, скажи ей! – закричала Вероника и заплакала. – Ну, скажи ты ей! Ну, Паша!
– Чего говорить-то? – хмуро спросил тот и зашевелил своими складками. – И так все ясно. Мы с ней поженимся, и вы тут что хотите делайте.
– Да какая она тебе пара, сыночек?! Ни в огороде, ни в хозяйстве ведь ничего! Только денежки твои профукает, да еще небось и не родит!
– Мам, – сказал Павлик негромко, – ты помолчи пока. Ты мне все потом скажешь, а я послушаю. Один. Договорились?
Странное дело, но мать утихла. Рот у нее самопроизвольно открывался некоторое время, а потом она повалилась на диван и толстыми пальцами взялась за щеки – лак на ногтях почти облез.
– А че? – прошамкала бабуся Логвинова. – Чай плохо? Дело молодое, пущай их себе…
Вероника всхлипывала.
– Дед, мы встречаемся уже два года! Два! Дед, ну я же не безмозглая дура, чтобы ничего не понимать! Ну почему ты совсем, совсем!
Марина была так поражена, что не могла даже ни о чем спросить своего генерала.
Вероника и Павлик?! Господи Иисусе! Куда там старику Шекспиру с его итальянскими семьями, когда тут Павлик с Вероникой!
– Разговор, который мы подслушали с Мариной, – начал Тучков Четвертый, – как раз больше всего подходил под разговор влюбленных, которые встречаются… тайно.
Вероника кивнула и покосилась на своего деда. Тот сидел очень прямо и барабанил пальцами по столу.
Марина почему-то вспомнила свою мать.
Да. Все это очень нелегко. Нелегко.
Даже таким молодым нелегко.
