Эрих больше не прикасается ко мне после последнего эскалаторного поступка. Месяц прошел без ни одной дружеской беседы, но каждую ночь вспоминаю, как мы чувствовали друг за друга в постели. Эта холодная атмосфера остывает, но воспоминания о тепле и сладости остаются.
Так и сидим в объятиях друг друга, нежимся в пузырьках. Смотрим на горящие свечи. Ещё немножко и я просто усну здесь. Он гладит меня, везде целует.
– Пойдем в спальню? – наконец, спрашивает он. – А то вода уже остывает.
– Да, – соглашаюсь я."
"Ополаскиваю свою попку и малыша и поднимаюсь вслед за ним. Он заворачивает меня в желтое полотенце, видимо, с собой захватил и опять на руках тащит меня в нашу спальню, бережно кладет на постель, ложится рядом. Прижимает меня к себе, целует.
– Эрих… – шепчу я.
– Что, цыпленочек?
– Я не буду больше спать с Олегом, – твердо говорю я.
– Посмотрим… – почти соглашается он. – Но если он попросит тебя снять трусики и показать ему попку, то сделаешь это.
– Нет.
– Да, – властно говорит он.
– Тогда я вас трахну, – заявляю я.
– Ну, хорошо, – после небольшой паузы разрешает он.
– Правда? – удивляюсь я.
– Правда-правда, – смеется он и лижет меня в нос.
Обнимаемся, целуемся и так и засыпаем, нежно прижавшись друг к другу.
Глава 4
Утром просыпаюсь от того, что Эрих язычком щекочет моего малыша.
– Проснулся, цыпленок? – спрашивает он, отрываясь от меня.
– Ага, – отвечаю я, не открывая глаз, – но вы продолжайте.
– Всё, вставай, – он тянет меня за руку.
– Ну куда так рано? – возмущаюсь я.
– На пробежку.
– В смысле, Эрих Рудольфович? – от удивления я даже открываю глаза.
– В прямом! Пора тебя приучать к спорту.
Он стаскивает меня с постели и силой тянет в ванную, ставит сонного возле унитаза и держит в руках моего малыша, мне не дает.
– Блин, Эрих, мне так неудобно.
Пытаюсь высвободиться, но он держит крепко, целует меня в плечо, вздыхаю, кладу свои руки на его запястья, расслабляюсь и выпускаю струю.
– Ну вот, – радостно шлепает меня по попке Эрих, – теперь пошли мыться-бриться.
Но бреет он меня тоже сам. Садит на табуретку и аккуратно проводит бритвой по моему подбородку, не пропуская ни единого волоска. Потом нежно гладит ладонью.
– У тебя ещё не щетина, а так – пушок, – ласково говорит он, целуя меня в губы.
Зубы я чищу уже сам. Эрих стоит позади, подсовывает мне свою зубную щетку, выдавливаю пасту и ему. Чистим. Свободной рукой он то и дело дотрагивается до меня: то касается ягодичек, то проводит ладонью по моим лопаткам, то его шаловливые пальчики уже оказываются на моем малыше. Через зеркало я наблюдаю за ним.
– Сегодня я вас трахну, – заявляю я ему.
Он ухмыляется и дает мне легких подзатыльник. Идем в комнату.
