Автор
В темном пространстве чёрно-красного холла, стены украшены портьерами, а мягкий ковёр утопает в тёмной глубине. Странный светильник на столе напоминает обнажённую женщину, словно притягивая внимание к его необычности. Меняется только настроение — я предпочитаю тьму и мир таинственных ожиданий. Затем появляется предложение напиться чёрного кофе с тростниковой засолкой, что внушает надежду и любопытство....
Есть мне не хотелось, и всё же я не отказал себе в удовольствии отломить кусок от домашней ржаной булочки, присыпанной кориандром и тмином.
— Нет, — коротко сказал я, глядя Алексу в глаза. — Могу догадаться, что ты придумаешь.
— Тогда продай мне её.
Я снова покачал головой, и в глазах Алекса вспыхнуло граничащее с яростью раздражение. Ясное дело, что ответ мой ему не понравился, но… Не то чтобы я переживал из-за этой девицы, и всё же боялся, что Алекс перегнёт палку. Она, безусловно, заслужила хорошую трёпку, однако друга своего я знал очень хорошо: подобной выходки он не спустит ни одной бабе.
— Мать твою, Вандор! — рыкнул Алекс и стукнул по столу ладонью. — Какого дьявола?! Эта тварь воткнула в меня нож, а ты…
— Она, может быть, и тварь, но ты сам полез к ней! — рявкнул я в ответ.
Алекс глянул на меня с недобрым огоньком в глазах, верхняя губа его дрогнула, как у разозлённого пса. Не знаю, почему я внезапно встал на защиту девицы… Повязка на плече лучшего друга красноречиво свидетельствовала о том, что делать этого не стоит.
Стараясь сгладить назревающий конфликт, я выговорил:
— Тебе стоило дождаться меня. Она ведь понятия не имеет, кто ты такой. Подождал бы немного, решили бы дело. — Горничная молча поставила перед нами две чашки кофе, и я взял ту, что оказалась ближе ко мне. Отхлебнул глоток и усмехнулся: — А девочка не из робкого десятка.
— Я так понимаю, что когда твоя синеглазая отчалит, вторая нужна тебе уже не будет? — спросил Алекс, пропустив мимо ушей всё, что я ему сказал, и тоже взял чашку.
Я не ответил. Две недели. Чёрт подери…
13.2
Во время ужина я несколько раз ловил на себе взгляд Миланы. Стоило ей заметить, что я смотрю на неё, она тут же опускала голову, но после вновь принималась изучать меня. Её интерес вызывал усмешку и, поймав её в очередной раз, я всё-таки поинтересовался:
— Что?
— Ничего, — поспешно ответила она, и щёки её залил лёгкий румянец.
На кухне мы были одни. Никогда не любил есть в присутствии прислуги, и всем это было прекрасно известно. Возвращаясь домой, я вообще предпочитал одиночество и уж тем более не терпел мельтешения перед собственным носом. Сегодня, помимо утренней встречи с Алексом, у меня было довольно длительное совещание и встреча с новым деловым партнёром. Однако, увидев сидящую в гостиной с книгой в руках девчонку, не удержался.
