Автор
В темном пространстве чёрно-красного холла, стены украшены портьерами, а мягкий ковёр утопает в тёмной глубине. Странный светильник на столе напоминает обнажённую женщину, словно притягивая внимание к его необычности. Меняется только настроение — я предпочитаю тьму и мир таинственных ожиданий. Затем появляется предложение напиться чёрного кофе с тростниковой засолкой, что внушает надежду и любопытство....
— Но я не разучилась чувствовать. Лучше быть наивной, чем иметь мёртвое сердце.
14
Вандор
Колебался я недолго. Стоило бросить взгляд на кровать в собственной спальне, и доводы здравого рассудка были посланы к чертям собачьим. Можно бы было сходить за девчонкой самому, но я всё же вызвал Стэллу и, когда та буквально минуту спустя появилась на пороге комнаты, приказал:
— Приведи Милану.
— Хорошо, — ответила она коротко.
Эта черта в ней мне нравилась — она всегда отвечала коротко и старалась держаться так, чтобы лишний раз не попадаться мне на глаза.
Вспомнив о вчерашнем вечере, я присмотрелся к Стэлле внимательнее. Она тоже не сводила с меня настороженного взгляда. Так и казалось, что стоит мне сделать шаг к ней, и она зашипит. Или забьётся в угол. Или ещё что — после её выкрутасов с ножом можно было ожидать чего угодно. Стоило бы запереть её в подвале на несколько дней без еды и воды. И это самое меньшее из того, что стоило бы с ней сделать.
— Иди-ка сюда, — приказал я.
Она подошла. Нехотя, но возразить не посмела. Подняв руку, я погладил её по щеке. Заметил, как она напряглась и, усмехнувшись, жёстко взял за подбородок. Задрал её голову кверху, сдавливая так, что кожа вокруг пальцев побелела. Ссадина на её губе была хорошо заметна. Не знаю, досталось ли ей от Алекса или от кого-то из моих ребят, но после она огребла и от меня. Не так сильно, как того заслуживала, но оплеуху я ей отвесил хорошую. Может быть, мозги на место встанут? На людей, которыми я дорожу, никому даже косо смотреть не позволено.
— Если ты ещё хоть раз, — заговорил я тихо, но таким тоном, чтобы ей стало ясно — я не шучу, — вытворишь что-то подобное, мало тебе не покажется. Учти это. Я лично прослежу за тем, чтобы тебя как следует высекли, а потом отдам ребятам на месяц. Многие из них работают у меня безвылазно неделями. Думаю, объяснять, что они с тобой сделают, мне не нужно?
— Не нужно, — ответила она, не отводя взгляда и попыталась высвободиться, но я надавил ещё сильнее.
— Алекс имеет право приходить в мой дом в любое время, — продолжил я. — И ты, если он этого захочет, будешь нагибаться по первому его приказу. Если он захочет, чтобы ты встала на колени и взяла его член в рот, ты встанешь и возьмешь. Если он захочет трахнуть тебя, ты должна тут же раздвинуть ноги. Я тебе доходчиво объясняю?"
"Она молчала. Во взгляде её не отражалось ни протеста, ни страха — колючее равнодушие, и мне это не нравилось.
