Автор
В темном пространстве чёрно-красного холла, стены украшены портьерами, а мягкий ковёр утопает в тёмной глубине. Странный светильник на столе напоминает обнажённую женщину, словно притягивая внимание к его необычности. Меняется только настроение — я предпочитаю тьму и мир таинственных ожиданий. Затем появляется предложение напиться чёрного кофе с тростниковой засолкой, что внушает надежду и любопытство....
И если уж он сам спрашивает…
— В детском доме, — честно сказала я. — У нас была музыкальная школа, где девочки учились по нескольким предметам. Кто-то на скрипке, кто-то на флейте. Я вот на фортепьяно.
— Ты хорошо играешь, — проговорил он, и я вновь не нашлась с ответом.
— Мне нравится музыка, — призналась я.
Он слегка прищурился и, выпустив мои пальцы, приподнялся на локте. Мне показалось, что Вандор собирается встать, но он лишь взял с тумбочки мобильный и, посмотрев на дисплей, отложил обратно. Не знаю, имела ли я право спрашивать… Мои права были вообще не очень мне понятны, но постоянно молчать…
— Эта комната… с пианино… — нерешительно заговорила я.
Задав вопрос, я умолкла. Не знала, какой ждать от него реакции. С другой стороны, это просто вопрос, на который он, если не захочет, не станет отвечать. Судя по тому, что в комнате царила тишина, он действительно не хотел. Моя нерешительность и волнение перешли в лёгкое разочарование.
— Это комната моей матери, — услышала я и тут же повернула к Вандору голову.
— Матери? — глупо переспросила я. — А почему… почему она… другая? Не такая, как весь дом?
Он снова смотрел на меня пристально и задумчиво, как бы невзначай лаская мои позвонки.
— Не важно, — проговорил он так, что я поняла — тема закрыта. По крайней мере, на сегодня.
Я заставила себя угомониться. Запихнула поглубже желание узнать о нём больше, о его прошлом и выдохнула. Уголки его рта дрогнули в едва наметившейся улыбке, и он проговорил с лёгким смешком:
— Вот думаю, трахнуть тебя или нет?
И что я должна ему сказать?! Сердце у меня бухнуло, кровь залила не только щёки, но и шею с грудью.
— Если займусь тобой сейчас, опоздаю на важную встречу. — Ладонь замерла, а после он тронул мой подбородок и приподнял голову. — А если не займусь…"
"Он тронул мою нижнюю губу, и рот его снова искривила усмешка.
