В этом длительном десятилетии каждый цвинн мечтал стать шпионом-метаморф, отправившись с секретным заданием на планету недружественной расы. Такой поступок считается честью для любого молодого метаморфа. Однако быть способным принимать облик любой гуманоидной формы — это непросто и опасно, так как иногда при этом возникают отторжения и физические проблемы....
Но на краю сознания все еще билась тревожная мысль: с нами происходит что-то не то!
Мои руки заскользили по его крепкой спине, и я поняла, что он тоже обнажен. Ложе под нами услужливо прогнулось, а меня обожгло ощущением постороннего присутствия.
Однако что-то произошло с моим самоконтролем. Трезвости было так мало, а страсти и жажды удовольствий так много, что кружилась голова и хотелось просто забыться сейчас и плюнуть на любые неудобства. Мы ведь с Максом любим друг друга! Мы настоящая идеальная пара, созданная для того, чтобы быть вместе! Пришло время познать радость волнующей близости, ведь я так давно этого хотела…
Но неприятный осадок все время холодил душу…
Забыться удалось только тогда, когда ласки превысили все возможные пределы.
В конце концов, какая разница, где мы, если мы вместе?..
Достигнув пика удовольствия, мы замерли, тяжело дыша и успокаиваюсь, а потом просто провалились в состояние неги, больше похожей на дремоту…
Всё, это совершилось: теперь мы настоящая пара…
Очнулась я от того, что кто-то ласково касался моей щеки.
Тьма, которая все это время жила в самой их глубине, теперь заполнила их полностью.
— Красивая… — прошептал Нэй. — Как давно я не видел такой красоты!
Я стремительно присела, пытаясь прикрыть наготу руками, и увидела, что Макс лежит рядом — тоже обнаженный — и спит. Я быстро толкнула его рукой, но он не проснулся.
— Не торопись, — промурлыкал Нэй, присаживаясь рядом и заставляя меня поежится.
Предтеч тоже был обнажен, и я не могла не отметить, что он очень красив. Длинные волосы отчасти прикрыли его тело, но глаза, горящие чернотой, пугали все больше.
— Что тебе нужно? — прошептала я угрожающе, хотя чувствовала, что против этого существа вряд ли смогу что-то предпринять.
Он склонил голову на бок, словно рассматривая меня, а потом облизнул красивые пухлые губы и произнес:
— Я хочу… потомство.
