В этом длительном десятилетии каждый цвинн мечтал стать шпионом-метаморф, отправившись с секретным заданием на планету недружественной расы. Такой поступок считается честью для любого молодого метаморфа. Однако быть способным принимать облик любой гуманоидной формы — это непросто и опасно, так как иногда при этом возникают отторжения и физические проблемы....
Наверное, я смог простить себя. Смог простить, что не уберег лучшего друга от опрометчивого шага.
Я больше не хочу умирать раньше срока. И больше не буду пытаться сбежать от своей жизни. Надеюсь, однажды мы еще встретимся в том, лучшем мире.
Покойся с миром, друг мой!
Я… люблю тебя.
***Маруффа Эйгэ
Став членами зоннёнского общества, мы потеряли право находится на Ишире. Меня немного беспокоило то, что Макс не мог видеть своих родителей, но Руэль пообещал нам, что через год мы сможем бывать на Ишире в качестве зоннёнских представителей.
А сейчас мы жили на флагмане зоннёнов и стали частью его команды.
Так как никакой работы нам пока не давали, мы с Максом целыми днями бездельничали, отдыхали, отъедались, любили друг друга…
Ну, конечно, мы еще учились. Но это занимало не больше пары часов в сутки.
Было странно жить ТАК, но… прекрасно.
Сегодняшним утром я проснулась от того, что у меня почему-то скрутило в желудке, а когда поднялась на ноги, так вообще повело.
— Мара! Марочка!!! Что с тобой???? — он стал бледным, как полотно. Такой хороший, заботливый…
Я невольно улыбнулась, но потом на меня снова набросились весьма неприятные позывы, поэтому я едва успела добежать до ванной комнаты, где меня просто вывернуло наизнанку. Может, мясо, съеденное ночью, было лишним???
Макс испугался так сильно, что уже начал натягивать на тело комбинезон, чтобы тащить меня к докторам.
Так как тошнота не прекращалась, я и сама начала беспокоиться. Неужели это… из-за беременности? Значит, это все-таки правда?
Мое сердце стремительно забилось. Пришло время сказать???
Да, пришло, но я должна быть уверена…
— Пойдем, — я тоже начала одеваться, — обследование не помешает…
Доктор-зоннён — такой же красивый, голубоглазый и длинноволосый, как и все они — улыбнулся, пробежавшись по мне оценивающим взглядом. Нет, в его глазах не было похоти, скорее, чисто исследовательский интерес.
Но, по-моему, он все-таки видел нечто большее.
— Какой срок? — деловито спросил он, указывая на глубокое мягкое кресло.
Я смутилась и опустила глаза. Неужели он всё понял только по моему внешнему виду? Присела.
— Н-не уверена… — я покраснела, боясь посмотреть на Макса. — Месяц, наверное…
— Сейчас проверим! — сообщил доктор и поспешил отойти в сторону в поисках какого-то прибора.
