Автор
Ну вот ещё новости! Взбившись от неудачи, я приваливаюсь к стене чемоданом, забыв все на миг. И тут понимаю, почему Машка исчезла – в ванной шумит вода. Зловеще ухмыляясь, сваливаю багаж у порога и чувствую, что это только начало чего-то странного и опасного.
Я с облегчением покидаю лобное место, но, уже заходя в свой ряд, замираю от оклика:
– Как нечего добавить, а про любовника сестры, который в комитете образования за тебя все вопросы зарёшивает?"
"Резко оборачиваюсь, но на лицах одноклассников одинаковые нейтральные улыбки. Сажусь за парту, но не спешу доставать учебник – руки дрожат. Украдкой оглядываю ряд у окна. Грушко? Каримова? Ловлю уничижительный взгляд сначала от одной, потом и от второй.
Ну понятно! Местная королева понтоты и её невзрачная шестёрка-поддакивалка.
На перемене иду в свой родной десятый «Бэ», к Женьке. После злополучного «знакомства с новым классом» я катастрофически нуждаюсь в подружеской поддержке, но Женька куда-то торопится, и лишь, буквально на бегу дежурно чмокнув в щёку, обещает, что найдёт меня позже. Ну окей.
Вот только на следующей перемене она снова куда-то спешит.
Третьим уроком идёт моя стихия – биология. Препод у нас очень хороший, настоящий учёный интеллигент, хотя многие его и недолюбливают за манеру вставлять почти после каждого слова «э-э-мм» Впрочем «недолюбливают» – это не то.
– Итак, – начинает биолог, – я думаю, что всем нам будет, э-э-мм, интересно послушать Веронику Крылову, которая, э-э-мм…
– Мэ-э-э! – передразнивая, блеет кто-то с задних парт.
– …всю осень провела в удивительном, э-э-мм, месте – совершенно не замечает издёвок препод, – научно-профессиональном молодёжном, э-э-мм, лагере Научграде. Вероника, просим!
– Бэ-э-э! – торжественно завершают с задней парты.
Я злюсь. Ну что за идиоты?!
– Иван Петрович, а можно я вам лично потом всё расскажу? Когда стадо покинет загон?
Кто-то хихикает, биолог интеллигентно разводит руками и, пару раз наморщив нос, чтобы поправить очки, берётся за мел.
– Ну что ж, воля ваша. В таком случае, э-э-мм, записываем тему сегодняшнего урока, которую мы с вами уже…
– Слышь, Крылова, – вплетается в речь учителя сдавленный шёпот с задов, – у нас так не прокатит! У нас либо ты со всеми, либо против всех!
Оборачиваюсь. Там Щелкунов, глядя на меня, медленно ведёт пальцем по шее. Подкатываю глаза и отворачиваюсь. Хомо дебилиус.
