Автор
Начинаем с тревожного поворота: бумажка о разводе вот-вот придет, и все непростые моменты после расставания со Виктором окончатся. Но есть еще один человек в моей жизни — тренер по йоге Ингита, который помогает мне найти внутри себя силу и гармонию. Атмосфера книги: интенсивные сцены борьбы со своими эмоциями сочетаются с тихими моментами счастья в компании тренера....
К обеду успеваю расстроиться окончательно. Видно, занят мой тренер, причем явно не мыслями обо мне.
— Инга, пойдем в кафе? — приглашает меня Светлана. — Ничто так не красит рабочий день, как вкусный ланч.
Хочу отказаться, но чувствую настойчивое бурчание желудка. И точно — забыла про завтрак. Слопаю-ка я цезарь.
— Пойдем, — киваю.
С нами собирается чуть ли не половина дружного бухгалтерского коллектива, в том числе вобла Верочка.
Видя это, подумываю о том, чтобы остаться в кабинете, но вот какое дело: в мечтах мой желудок уже вместил в себя порцию салата и запил клюквенным морсом.
На всякий случай проверяю телефон, но Жора продолжает молчать. С раздражением кидаю телефон в сумочку и иду с коллегами обедать.
Нам достается большой столик у самого окна. Делаем заказ, и я убегаю ненадолго в туалет.
Ставлю сумочку на умывальник, мою руки, неловко толкаю ридикюль локтем, и он летит на пол.
— Блин… — фырчу, нагибаясь.
Разумеется, из сумки как лягушки тут же выпрыгивают мои нехитрые пожитки: пудреница, салфетки, визитница, помада и прочее.
Я вскидываю голову и вижу воблу собственной персоной.
Она вдруг охает, нагибается, принимается мне помогать.
Прямо обалдеваю от такого выпада с ее стороны — во всех смыслах неожиданно.
— Все в порядке, ничего не разбила? — спрашивает Вера участливо, когда мы обе поднимаемся.
Выглядит при этом как-то странно. Доброжелательно, что ли? Где вобла и где слово «доброжелательно»?
— В порядке, — бурчу, снова ставя сумку на раковину.
А даже разбей я что-то, она лишь порадовалась бы, разве нет?
И тут Вера заявляет:
— Инга, может, хватит уже смотреть на меня волком? Коллектив и так на меня косится, а я ведь ничего плохого тебе не желаю. Орест Всеволодович тоже беспокоится о том, чтобы наш отдел был дружной семьей. Давай жить в мире.
Наверное, мое лицо слишком сильно вытягивается, что и неудивительно после такой-то речи, поскольку Вера спешит продолжить:
— Я хочу спокойно работать.
И правда, делить нам нечего.
Не станем же мы пилить Виктора напополам, он для этого малость худоват, толку будет чуть. К тому же после всего он мне даром не сдался ни в распиленном состоянии, ни в целом. А вот мир в коллективе — это да. Это вещь нужная. Хотя бы на людях, если не в душе, я бы хотела доброго к себе отношения.
