Там это… в домофон не звоните, не работает. Надо резко дернуть, тогда дверь откроется.
Просто отлично!
Когда я узнала, что мой босс сейчас в общежитии, я подумала, что надо мной решили поглумиться «добрые» коллеги. Будто им не хватило моего прилюдного позора несколько дней назад. Но поскольку я и этот адрес выбила с трудом, все равно решила ехать. Хорошо хоть до работы совсем недалеко, успею к началу трудового дня."
"С тяжелым вздохом подхватила два огромных пакета, повесила сумочку через плечо и пошагала к старому обветшалому зданию.
Дверь выглядела хлипкой. Но я дернула ее раз, потом еще. Потом поставила пакеты на землю и дернула изо всех сил. Ничего! Эту дверь надо в какой-нибудь бункер ставить, потому что она даже с места не сдвинулась.
— Чертов босс! — не выдержала я, взрываясь, — Вы меня все решили доконать! Ну сейчас я тебе покажу!
В сердцах пнула дверь. Она, к моему удивлению, чуть приоткрылась. Я даже дышать перестала — в секунду подхватила пакеты, из последних сил рванула ее на себя.
Меня чудом не прищемило, едва успела протолкнуться в узкий проем!
А вот пакет с пирогом так же героически спасти не успела — его прихлопнул этот железный монстр. Захотелось грязно выругаться. Что я и сделала, собственно, с пребольшим удовольствием! И даже не один раз!
Злобно рыча и выговаривая нецензурную брань попеременно на английском, немецком и русском, я наконец отвоевала изрядно помятый пакет с пирогом и обернулась.
— Доброе утречко, — робко проблеял стоявший позади меня мужичок с собакой на поводке.
— И вам того же, — грозно рявкнула в ответ и поспешила исчезнуть.
Мне нужен был восьмой этаж, коридор направо до конца, комната шестнадцать. От кипевшей внутри ярости я преодолела это расстояние за каких-то пару минут. Опомниться не успела, как оказалась возле двери. И вот тут решимость и злость меня покинули. Я застыла перед нужной комнатой и разволновалась настолько, что чуть не сбежала, как трусливая мышка. Так! Нельзя давать себе даже думать, иначе я и правда убегу!
Постучала.
Выдохнуть, посчитать до трех, успокоиться. Психолог учил, что я, Маша Никольская, всегда…
— Меня ищете, Мария Викторовна? — послышался позади знакомый мужской голос, оборвав мои мысли.
Я едва на месте не скончалась от разрыва сердца! Пальцы сами по себе разжались и с грохотом пакеты рухнули на пол.
— Вы с ума что ли сошли, Марк Захарович?! Почему вы каждый раз ко мне со спины подкрадываетесь? — возмутилась я, пытаясь восстановить дыхание.
