— Нашел информацию о ней, — бросает как бы между делом Игорь, перематывая бинты на руках.
Молчит, ждет моей реакции. Не удерживаюсь от едкой усмешки. Не думаю, что услышу что-то новое, но киваю — пусть расскажет.
— Она Никольская сейчас, но не замужем. Пока, во всяком случае, потому что жених есть, — друг с преувеличенным вниманием поправляет повязки.
— Это я и так знаю уже. Только с чего вдруг ее родители решили сменить ей фамилию?
— Тут какое дело… — Игорь хмыкает и задумчиво возводит глаза к потолку, — Эту инфу не так-то просто было достать.
Оказалось, Комаровы не просто поменяли фамилию. Видимо, Виктор накуролесил так, что обычная смена данных точно бы не помогла. Кто-то сделал для них новые документы, абсолютно чистые. Так они стали Никольскими.
— Если это такая закрытая информация, как ты вообще ее нашел?
— Сейчас найти человека ничего не стоит, особенно если нужных людей задействуешь. Тогда же полная смена документов — это отличное решение, чтобы выгадать время.
Раз — и ты просто новый человек, будто вчера родился и…
— Время для чего? — хмуро перебиваю его.
— Чтобы расправиться с теми, кто угрожал, — пожимает плечами Игорь так, будто ответ очевиден.
— То есть ты хочешь сказать…
— Да-да, именно. Комар исчез внезапно и это дало ему фору. А когда его начали активно искать и он понял, кто… надо уточнять, что до сегодняшнего дня никто из тех, кто тогда ему угрожал, не дожил?
— Вполне в его стиле.
— Комар не умеет ни честно жить, ни честно вести бизнес.
— Но теперь-то за ним криминала нет? — уточняю я. Не хочу, чтобы Машу вообще касалось что-то подобное.
— Формально — нет. Что на самом деле, неизвестно, — ухмыляется Игорь, — этому типу жаркое местечко в аду приготовлено. Как и его детишкам.
— О чем ты? Я уверен, ни Маша, ни ее сестра даже не в курсе сотой доли того, что творил их отец. И уж точно участия не принимают в его делах, — обегаю хмурым взглядом фигуру друга.
В его глазах мелькает нехороший блеск.
Слишком нехороший, чтобы оставить это без внимания.
— Плевать. Ты пойми, Комар вообще не ожидает удара ниоткуда, иначе бы не отпустил дочурок без присмотра сюда.
— На что ты намекаешь? — уточняю вкрадчиво, хотя уже знаю ответ.
— Не намекаю, а говорю прямо. Его дочери — это единственное слабое место Виктора.
— Ты что, отомстить вздумал? Я понимаю, что у тебя давние счеты за своего отца.
