В этой проникновенной истории эльфа, казалось бы, не было недостатка в красках: его белок头发，银色的眼睛与银色的长发、他轻盈如风的步伐…… Но вот он был неправильным — и именно это качество привлекло героиню. Она оказалась на пороге невероятной любви, несмотря на все предупреждения холодного ветра и лунный свет над галереей....
Там я и обнаружил их несколько лет назад, когда по поручению отца занимался перестройкой кланового замка.
Золотой замолчал, разглядывая клубы черного дыма, в котором до сих пор тонула моя рука.
– Да умели раньше творить магию. Столько веков лунные хранили фальшивку, как родовую святыню. И ведь хватило вложенной в нее энергии, чтобы не вызвать подозрений и даже начать ритуал… Кстати, о ритуале, – хмыкнул он. – Когда дневник и медальон оказались в моих руках, я поначалу не представлял, что с ними делать. Силы, которой обладала Кинсалор, у меня не было, ее запретных знаний тоже.
Венирэн победно осклабился. А я… Я давно уже поняла, что театральное представление, которое он здесь организовал, ничем хорошим для нас с Торэтом не закончится.
Золотой нуждался в публике, которая не бурными аплодисментами, а своим ужасом и отчаянием подтвердит его величие, ум, незаурядный талант.
И дальнейшие слова Сиара подтвердили мои догадки.
– Я сразу догадался, кто ты, Лера. Слишком много было деталей, нюансов, подсказок. Да и дневник Кинсалор помог. Она единственная из всех знала, что Верховная носила под сердцем ребенка Даэрона. Наследница двух магий… Представляешь, какие дети у нас родились бы? С ведьминской, лунной и золотой магией.
Вэн снова повернулся ко мне.
– Да, я собирался на тебе жениться, Валерия. Все делал для этого. Ухаживал, предлагал свой эллоэн. Даже выманил ночью в парк и послал грозовых элементалей, чтобы потом, в самый последний момент, спасти, как и полагается благородному герою, получить твое восхищение и благодарность.
