Автор
Лондон весной 1818 года: мрачные улицы, таинственные лавки и стремительный рост социальных нерваций. Мэг Тиммонс и Леди Беркли вынуждены экономить на развлечениях, но влечение к моде оказалось сильнее их приличий. Насладившись последними штрихами эпохи, они незаметно увязают в глубоких коридорах подделок и ложной роскоши....
Мэг на миг прикрыла глаза.
– Ничего не говорите: не хочу знать.
Сара ножом намазала мед на кусочек тоста.
– Понимаю, что не хочешь, но должна. Ты не можешь прятаться вечно: и так все лондонские новости проходят мимо нас. Кристиан написал, что леди Юджиния и сэр Уинфорд объявили о помолвке.
– Неужели? – улыбнулась Мэг. – Я рада за сэра Уинфорда: это очень порядочный джентльмен и заслуживает счастья.
– Да-да, – продолжила Сара. – Я согласна: тебе нужно было побыть одной, но уже прошел почти месяц, а вы с Хартом не предприняли ни единой попытки помириться.
Мэг отправила в рот кусочек яйца.
– Кто говорит, что нам нужно решать проблемы?
– Собираешься остаться здесь навсегда? – улыбнулась Сара и принялась за намазанный медом тост.
Мэг поджала губы: надо уступить, подруга права.
– Ладно. Так что поделывает мой супруг в Лондоне в мое отсутствие: напивается вусмерть и не вылезает из постели Марии Темпест, полагаю?
Сара засмеялась, явно довольная собой.
– Пусть Кристиан сам тебе расскажет. Он будет уже с минуты на минуту.
Точно через четверть часа дворецкий объявил о прибытии лорда Беркли. Слуги торопливо поставили на стол тарелку, наполненную едой. Он ехал всю ночь и, без сомнения, устал и проголодался.
После традиционных приветствий и любезностей Сара одарила мужа неприлично долгим поцелуем, потом повернулась к Мэг.
– А теперь, Кристиан, расскажи ей то, о чем написал мне.
Мэг постаралась, чтобы руки, державшие чашку с чаем, не затряслись.
– О похождениях моего супруга?
Прочищая горло, Кристиан откашлялся.
– Если это можно так назвать. Он стал просто разваливаться на глазах, когда вы уехали.
– Разваливаться? – захлопала глазами Мэг, сомневаясь, правильно ли расслышала.
– Харт почти все ночи проводил на кушетке в нашей гостиной. Говорят, что он по клубам проиграл чуть ли не целое состояние, – настолько был рассеян из-за душевных переживаний.
Она перевела дух. Вот это было удивительно!
– Его отвергла леди Мария?
– Наоборот.
Мэг на секунду закрыла глаза, испытав несказанное облегчение.
– Вы уверены?
– Он сам мне рассказал об этом три дня назад, когда упился вусмерть и стал по этой причине предельно откровенен. Он любит вас, Мэг: я в этом убежден.
– Любит меня?
Если бы Кристиан сказал, что Харт наполовину волк, она бы наверняка удивилась меньше.
– Да.
