Автор
В мрачном городском медицинском центре с акцентом на кардиологии. Мать опасается рисков при рождении ребенка, который может быть вне закона. Ультразвук и мониторинг не дают покоя врачам и матери, заставляя задуматься о возможных исходах.
Она сто раз благодарит меня за помощь, после чего вызывает такси, и, довольная, уезжает домой к любимому мужу, с которым прожила целых тридцать лет. Я по-доброму ей завидую. У Людмилы стабильная семейная жизнь, дети, внуки, сад, огород, работа. У меня ничего этого нет. Собственное будущее кажется таким неопределенным и смутным…
Я быстро справляюсь с мясом и овощами, чуть позже достаю из духовки пирог с ягодами, а после решаю заняться приготовлением салата. Все необходимое нахожу в холодильнике и заканчиваю примерно в одиннадцатом часу.
Потом мне звонит мама. Она разбавляет моё одиночество рассказами о реабилитации в клинике. Помимо медикаментов, которые она получает, с ней занимается опытный психолог. Не хотелось бы радоваться за неё преждевременно, но результат кажется потрясающим.
– Капельница закончилась только в десятом часу, – произносит мама, – а началась в восемь утра. Мне кажется, я на девяносто процентов теперь состою из лекарств.
– Это же хорошо. Всю дрянь из тебя вывели.
– Хорошо, конечно. Я чувствую себя значительно лучше, а об алкоголе даже и думать не хочу!
За окном мелькает свет фар и слышится шум мотора. Кончики пальцев немеют, а по телу проходится жар. Андрей вернулся домой, когда я уже его не ждала.
– Я перезвоню тебе завтра, мам. Ты отдыхай и лечись.
– Хорошо, Нина. Спокойной ночи.
Судя по голосам в прихожей, Андрей вернулся не один, а в компании нескольких мужчин.
У него мрачный вид, а на белоснежном воротнике заметны брызги крови. Андрей снимает пиджак и бросает его на спинку стула. Следом скидывает с себя тёмно-синий галстук и расстегивает манжеты рубашки.
– На ужин сегодня мясо с овощами, – обращаюсь к нему.
– Нет, извини.
Андрей подходит к бару, достает оттуда бутылку виски и наполняет бокал. Похоже, у кого-то был сложный день.
Внутри всё леденеет от ужаса, когда я замечаю на его руке, которая сжимает бокал с алкоголем, разбитые костяшки.
– У тебя кровь.
– Я знаю, – Андрей делает глоток и тяжелым шагом проходит по кухне.
– Позволишь мне обработать? Я видела, что где-то здесь находится аптечка.
– Обработай.
