Автор
Мортимер Лейтон вспоминается как человек, ставший частью истории Хейверхилла — городка, который он родился и умер в нем. Его жена Рут покоялась на старом кладбище, где теперь уже не могли бы хранить его тело. Этот рассказ описывает драматические события, которые разнесли их судьбы, стирая последнюю память обо всем здесь....
Тогда с победной улыбкой она захлопнула дверь перед его носом, довольная, что лишила его дара речи. Невольно думалось: где эта женщина, там неприятности. Услуга, как же! Скорее, ей захотелось добавить немного перца в скучную повседневность. У нее, должно быть, несварение желудка от добра и милосердия в любой форме!
Вот он стоит, хлопает глазами и страстно желает поверить, но разве это не признак того, что верить нельзя? Аманда обожает дурачить людей. Да и не может это быть правдой, иначе Мэриан уже проговорилась бы.
Чад посмотрел в ту сторону, откуда пришел. Мэриан сейчас у себя в номере одна, а у него появился повод к ней наведаться. Спасибо Аманде хоть за это. Может быть, злость на Аманду сблизит их?
Стучать Чад не стал, зная, что не услышит позволения войти. Дверь оказалась незапертой — и то слава Богу. Должно быть, та же буря чувств, что заставила Мэриан хлопнуть ею, заслонила от нее мысль о том, что надо запереться.
Она сидела на постели и неотрывно смотрела на развернутый холст, так глубоко погрузившись в свои мысли, что не заметила появления Чада.
Чад ждал, что она прикажет ему немедленно выйти вон, но Мэриан принялась судорожно скатывать холст. Только спрятав его за спину, поднявшись и отступив к стене, она заговорила:
— Зачем ты вернулся?
— Вот за этим. — Он указал на краешек рулона, что виднелся у нее из-за спины. — Можно взглянуть?
— Конечно, нет!
— Мне настоятельно советовали сделать это, и я это сделаю.
Приблизившись, Чад протянул руку.
— Нет!!!
Но теперь протест Мэриан не играл роли. Чад готов был рассыпаться в извинениях, но потом, а теперь его волновало только то, что нарисовано на скатанном холсте. Улучив момент, он выхватил рулон. Мэриан попыталась отнять холст, но Чад увернулся.
— Ты не имеешь права!
Не слушая, он развернул холст — и был разочарован. В самом деле, это был его портрет, чертовски хороший портрет, но это ничего не значило (Мэриан любила рисовать, так почему бы не его? И ничего откровенного в портрете не было).
Со вздохом, который не удалось подавить, Чад скатал холст и протянул Мэриан.
— Извини. Если ты не против, отец с радостью купит этот портрет. Сходство поймано верно.
— Мои картины не продаются.
— А где второй? — полюбопытствовал Чад, вспомнив, что Аманда говорила о двух портретах.
— Ты о чем?
— О моем портрете.
— Другого нет! — отрезала Мэриан, заливаясь румянцем.
