– Я гребу, а ты подруливай, – велит коротко.
Руки стынут от холода. Но другого выхода нет. Руслан неистово работает веслом, а я своим задаю направление. На четыре его приходится один мой гребок.
Вот это мы попали! Зачем только поплыли в лиманы! Не могли поговорить на берегу?
Меня кроет от бешенства. Злюсь на саму себя. Больше винить некого!
Почему я всегда у всех иду на поводу? Что за дурацкий страх ответить отказом? А теперь что? Идти пешком по колено в воде и надеяться на внутренний компас? Руслан точно дороги через Лебяжий не знает.
Когда катер упирается носом в илистый берег, Годаров спрыгивает первым. Новомодные итальянские ботинки тотчас же вязнут в грязи.
– Давай на нос, – командует он. И как только я выполняю его указание, протягивает ко мне руки.
– Прыгай, Света!
Выполняю команду в точности. И тут же оказываюсь в объятиях Руслана. Сильные ладони лишь на минуту прижимают меня к себе. А холодные губы скользят по щеке, по виску.
– Плед! – рычит Руслан, подхватывая с сиденья мохеровую тряпку.
– Неизвестно, когда нас отсюда вытащат… Придется продираться самим.
Другого выхода нет. Сейчас не лето. В катере или под кустом не заночуешь. Лучше двигаться. Глядишь, и выйдем к отмели.
– Нужно идти на запад. На краю Лебяжьего мостки. По ним переправимся…"
"– Не хочу тебя расстраивать, – цедит Руслан,– но это, кажется, Громкий, но никак не Лебяжий. Пойдем на север, а там по перешейку – к себе.
– Да это Лебяжий, Руслан! – вскрикиваю запальчиво. – Вот смотри, дерево обгорелое! В него молния лет пять назад попала.
– Не спорь, Света. Это Громкий. Мы тут на уток охотимся. Кутайся в плед, и вперед. Кажется, я знаю, как выбраться.
Внутри поднимается раздражение на эту напыщенную скотину. Все знает, все умеет, а завез меня в кушири, гад!
– Накинь лучше ты, Руслан, – возвращаю плед, оглядывая тонкую куртку Годарова.
– Я тебе что, француз под Березино? – усмехается он, забирая из моих рук дурацкую тряпку и накидывая мне на плечи. Укутывает вместе с головой и снова приказывает.
– Иди след в след. Не отставай.
– Давай посмотрим в навигаторе, – предлагаю я, пыхтя сзади. – Кажется, мы не туда движемся.
– Кстати, где твой сотовый? – радостно спрашивает Руслан и даже прикасается ладонью ко лбу. Словно говоря «как я мог забыть о твоем телефоне?».
– А я без трубки вышла, – пожимаю плечами и удивляюсь сама себе. Обычно смартфон к руке приклеен. А тут…
– Связи нет, ты забыла? – горько усмехается Годаров и, развернувшись, как танк прет вперед.
